МИД РФ: Москва не получала от Еревана запросов о выводе базы из Гюмри

Официальный Ереван не направлял Москве запросов о прекращении работы 102-й российской военной базы в Гюмри. Об этом заявил заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин, подчеркнув, что никаких официальных обращений по данному вопросу российская сторона не получала. В Москве исходят из того, что статус объекта сохранится — военное присутствие в Гюмри рассматривают не только как элемент двусторонних отношений, но и как часть региональной системы безопасности.

Тема судьбы базы всплыла после недавних заявлений премьер-министра Армении Никола Пашиняна. Он говорил о готовности обсуждать дальнейшую судьбу объекта, но при этом уточнял: Ереван сам вопрос о выводе не ставил и не станет препятствовать России, если Москва решит вывести военных. Одновременно армянский премьер допускал переговоры о сохранении российского присутствия — то есть оставлял пространство для маневра в обе стороны.

Позиция Кремля по этому сюжету также обозначена. Владимир Путин ранее отмечал, что будущее базы зависит в том числе от позиции армянской стороны. Формулировка дипломатичная, но достаточно прозрачная: Москва не держится за объект любой ценой и готова учитывать настроения партнера. При этом сам факт того, что вопрос обсуждается публично, сигнализирует о тектонических сдвигах в отношениях двух стран.

102-я база в Гюмри — не просто военный объект. Это один из немногих физических якорей российского присутствия на Южном Кавказе, где за последние годы расстановка сил заметно изменилась. Армения все активнее ищет альтернативные векторы — от контактов с Западом до попыток переформатировать отношения с соседями. На этом фоне даже осторожные реплики о судьбе базы читаются как маркер глубинных процессов, а не как сиюминутная дипломатическая игра.

Показательно, что Москва и Ереван сейчас говорят на разных языках, но стараются не переходить красные линии. Галузин фиксирует отсутствие официальных запросов, Пашинян подчеркивает, что инициатива не исходила от Еревана. Обе стороны сохраняют лицо и оставляют друг другу выход. Вопрос в том, как долго эта конструкция сможет держаться, если геополитический фон продолжит меняться.