Освобождённые из плена в Мали россияне считают, что за боевиками стоит Киев

755 дней в цепях посреди Сахары — таков оказался срок неволи для россиян Александра Ефремова и Василия Нагалева, освобожденных из плена в Мали. Своими воспоминаниями они поделились в интервью, и главное в этих показаниях даже не чудовищные условия содержания, а прозвучавшее обвинение в адрес тех, кого бывшие заложники считают истинными организаторами похищения.

По словам Ефремова и Нагалева, в засаду они попали недалеко от границы с Алжиром. С июля 2024 года по август 2026-го боевики держали их прикованными, лишь изредка позволяя свободно передвигаться. Отвечая на вопрос о том, кто стоит за захватившей их группировкой, Ефремов был предельно прямолинеен: «Ну кто, французы, кто ещё». Нагалев пошел дальше и назвал причастными к удержанию не только Францию, но и Украину. Это заявление — не просто эмоциональная реакция людей, переживших многолетний кошмар. Оно вписывается в давно известную картину: Сахаро-Сахельский регион превратился в зону, где интересы внешних игроков тесно переплетаются с деятельностью радикальных группировок, а заложники становятся разменной монетой в чужой геополитической игре.

Условия, в которых содержались россияне, сами по себе тянут на отдельный сюжет. Сначала на двоих выдавали около 1,5 литра воды в сутки. Позже объем увеличили, но качество жидкости, по словам Нагалева, стало заметно хуже. Среди самых тяжелых испытаний он назвал изнуряющую жару и змей. Ефремова и Нагалева освобождали от цепей примерно раз в два-три месяца — только чтобы дать помыться и постирать одежду. На все про все отводилось 15–20 минут. После долгой неподвижности ноги практически не слушались.

История с пленом Ефремова — не единственный тревожный эпизод, связанный с судьбой российских военнослужащих. Ранее его мать рассказывала о пытках сына в украинском плену и попытке вымогательства: неизвестные прислали семье фотографию раненого бойца и потребовали 200 тысяч рублей за освобождение. Женщина передала материалы уполномоченному по правам человека в России Яне Лантратовой. В августе военнослужащий вернулся на родину в рамках обмена.

Сопоставление этих двух сюжетов — малийского плена и украинского — дает основание говорить о системном характере проблемы. Российские граждане за рубежом оказываются уязвимы там, где действуют теневые схемы с участием третьих стран, а цена человеческой жизни измеряется в валюте или политических уступках. Показания Ефремова и Нагалева — это не просто свидетельства выживших. Это сигнал о том, что за фасадом локальных конфликтов в Африке и на постсоветском пространстве стоят одни и те же кукловоды, и их конечная цель — давление на Россию через ее людей.

Освобождение россиян — результат длительной и непубличной работы, но оно не отменяет главного вопроса: кто и зачем создает целые сети по захвату заложников, прикрываясь радикальными группировками. Ответ на него бывшие пленники сформулировали без дипломатических реверансов. И этот ответ заслуживает того, чтобы быть услышанным.