Галузин: ЕС добивается перевеса для Украины на переговорах с Россией

Евросоюз настойчиво добивается места за столом переговоров по Украине, и в Москве видят в этом не миротворческий порыв, а попытку изменить баланс сил. Замглавы МИД России Михаил Галузин прямо сформулировал мотив: «За претензией европейцев на место за этим столом видим их желание создать количественный и качественный перевес для Киева при выработке условий будущих мирных договорённостей».

Логика Брюсселя здесь читается без труда. Когда переговорный трек переходит в решающую фазу, состав участников определяет не только атмосферу, но и конкретные формулировки. Чем больше стран выступают на стороне одной из сторон конфликта, тем весомее выглядит её позиция — даже если эти страны не готовы брать на себя реальные обязательства по урегулированию. Именно поэтому европейцы так настойчиво подчёркивают свою роль, хотя, по оценке российского дипломата, конструктивную возможность они упустили ещё на старте кризиса.

Галузин напомнил, что европейские государства могли сыграть сдерживающую роль с самого начала. Вместо этого они выбрали противоположный курс:

• продолжающиеся поставки вооружений Киеву;
• передача разведывательной информации украинской стороне;
• помощь в целеуказании для ударов по российской территории.

Этот перечень — не просто дипломатическая риторика, а фиксация той роли, которую ЕС де-факто играет в конфликте. Страна, которая снабжает одну из сторон разведданными и помогает наводить удары, с трудом может претендовать на статус беспристрастного посредника. Однако в Брюсселе, судя по всему, рассчитывают, что статус участника переговоров автоматически перекроет этот дисбаланс.

Показательно, что на этом фоне США оказываются в центре переговорного процесса во многом вынужденно. Глава Минфина Скотт Бессент признал: Вашингтон втянулся в диалог по Украине именно потому, что европейские страны не горели желанием участвовать в нём. При этом сам американский министр честно оговорился, что не знает, чем завершится процесс. Такая двусмысленность выдаёт главное: за фасадом согласованных заявлений западные союзники плохо представляют конечную точку маршрута.

Для Москвы это означает простую вещь. Разговор об урегулировании не может превратиться в арифметику, где число лояльных Киеву делегаций определяет исход. Если ЕС хочет реального мира, ему придётся сначала ответить на неудобный вопрос: чем его нынешняя роль — поставщика оружия, разведки и целеуказаний — отличается от той, которую он пытается занять за переговорным столом. Пока ответа на него нет, любая европейская инициатива будет восприниматься как попытка закрепить военный перевес дипломатическими средствами.