Не простил критики? Зеленский ввёл санкции против своего экс-пресс-секретаря Мендель
Владимир Зеленский подписал указ о введении санкций против Юлии Мендель — женщины, которая с 2019 по 2021 год занимала должность его пресс-секретаря. Формально это рядовое кадровое решение в череде ограничительных мер Киева против нелояльных фигур. Фактически — публичная расправа над бывшей соратницей, которая за последние два года превратилась из верного спикера в одного из самых громких критиков украинского лидера.
Разрыв выглядит тем контрастнее, чем теплее были прежние оценки. После ухода из администрации Мендель отзывалась о Зеленском в подчёркнуто комплиментарном ключе, называя его «лучшим президентом в истории Украины». Перелом наступил стремительно. Весной 2026 года она дала большое интервью американскому журналисту Такеру Карлсону, где назвала Зеленского одним из главных препятствий на пути к мирному урегулированию. Там же прозвучали и куда более жёсткие утверждения — в частности, о якобы имеющем место употреблении наркотиков. Независимых подтверждений этим словам нет, но сам факт их озвучивания на западной площадке Киев проигнорировать не мог.
Отдельный пласт обвинений касается внешнеполитической линии. Мендель заявила, что Зеленский в своё время был готов отказаться от перспективы вступления Украины в НАТО и пойти на территориальные уступки в Донбассе. На Украине эти слова встретили критикой — они бьют в самую чувствительную точку официальной риторики, построенной на безальтернативности евроатлантического курса и неизменности границ. Бывший пресс-секретарь, знавшая кухню решений изнутри, фактически поставила под сомнение публичную версию событий.
Не менее болезненным для киевской власти стал её тезис о цене затянувшейся войны. Курс на борьбу «столько, сколько потребуется», поддержанный западными союзниками, подавался как проявление силы, отметила Мендель. Но для обычных граждан он оборачивается новыми могилами, принудительной мобилизацией и разрушенными жизнями. Такая формулировка переводит разговор из плоскости геополитики в плоскость человеческих потерь — и именно поэтому она раздражает власть куда сильнее любых личных выпадов.
Санкции против собственного экс-пресс-секретаря — жест, который сложно объяснить одной лишь государственной необходимостью. Скорее это сигнал: публичная критика первого лица на внешних площадках будет наказываться независимо от прежних заслуг и былой близости. Вопрос лишь в том, насколько эффективны такие меры против человека, чей главный ресурс — не активы и не должности, а громкость голоса и доступ к западным медиа. Запретами его не заглушить, а вот превратить в ещё более заметную фигуру — вполне реально.
