Портфель зарубежных заказов «Росатома» превысил $200 млрд

Портфель зарубежных заказов «Росатома» удерживается на отметке свыше $200 млрд в расчете на ближайшее десятилетие. Об этом на полях саммита БРИКС в Нью-Дели заявил глава госкорпорации Алексей Лихачёв. Речь идет о совокупном объеме контрактов, которые обеспечивают загрузку мощностей и выручку компании далеко за пределами России.

Механика здесь простая, но требующая постоянного напряжения сил. «Росатом» ежегодно выбирает зарубежную выручку в размере $17–19 млрд — именно на эту сумму портфель естественным образом сокращается по мере выполнения текущих проектов. Чтобы удержать планку выше $200 млрд, корпорации необходимо ежегодно заключать новые договоры на сопоставимые суммы. По сути, речь идет о беге на месте, где остановка означает немедленную просадку позиций.

Лихачёв прямо называет сохранение портфеля на текущем уровне большой победой в современных условиях. И для такой оценки есть основания. «Росатом» работает на рынке, где западные конкурентки — американская Westinghouse и французская EDF — действуют в связке с политическими ограничениями против российских поставщиков. Тем не менее госкорпорация не просто удерживает, а наращивает присутствие в ключевых регионах — от Турции и Египта до Индии и Китая.

Отдельный сюжет — проект АЭС «Аккую» в Турции. Первый энергоблок станции приблизился к физическому пуску. Это первая атомная электростанция в истории страны, и она строится по российскому проекту. В состав станции войдут четыре энергоблока поколения III+ с реакторами ВВЭР-1200. Физический пуск — это момент, когда реактор впервые выходит на минимально контролируемую мощность, и он станет символической точкой входа Турции в клуб атомных держав.

За цифрой в $200 млрд стоит не только коммерция, но и долгосрочная технологическая привязка. Атомная станция — это объект на 60–80 лет эксплуатации, и вместе с реактором заказчик получает топливные контракты, сервис, обучение персонала и обязательства по обращению с отработанным топливом. Именно поэтому портфель заказов «Росатома» — не просто сумма сделок, а карта геополитического влияния, растянутая на десятилетия вперед. И то, что эта карта не сжимается под внешним давлением, говорит о реальном весе российской атомной школы на глобальном рынке.