Ушаков назвал чепухой требование Японии изменить карту мира ООН

Помощник президента России Юрий Ушаков не стал подбирать дипломатических формулировок, комментируя очередную претензию Токио. Речь шла о требовании Японии изменить обозначение четырёх южных Курильских островов на карте мира, опубликованной в проекции Equal Earth, где они окрашены в цвет России. «Чепуха какая-то, просто чепуха», — заявил он журналистам в Нью-Дели. Лаконичность ответа здесь едва ли случайна: за внешней несерьёзностью повода стоит вполне серьёзная юридическая и политическая логика, которую в Москве не считают нужным разворачивать.

Формально повод для демарша действительно выглядит необычно. Протест по дипломатическим каналам направили не в ООН, а оператору сайта, разместившего карту. В Токио настаивают, что изображение противоречит позиции японского правительства. Однако само требование переписать картографическую проекцию под политические запросы одной страны — ход, который в международной практике не имеет прецедентов: карты отражают объективную принадлежность территорий, а не дипломатические предпочтения.

За этой историей — давний и хорошо известный узел. Россия и Япония с окончания Второй мировой войны так и не заключили мирный договор именно из-за спора вокруг южной части Курил. Токио претендует на Итуруп, Кунашир, Шикотан и гряду Хабомаи, называя их «северными территориями». Москва же последовательно подчёркивает: все Курилы — неотъемлемая часть России, и российский суверенитет над ними сомнению не подлежит. Эта позиция опирается на итоги Второй мировой войны и не подлежит пересмотру.

Отношения двух стран прошли через несколько этапов охлаждения. В 2022 году Россия прекратила переговоры о мирном договоре после введения Японией антироссийских санкций, а также свернула безвизовые поездки и диалог о совместной хозяйственной деятельности на островах. В августе 2026 года напряжение вновь обострилось после посещения Владимиром Путиным Итурупа: Токио заявил Москве протест, а российская сторона назвала японские претензии юридически ничтожными.

На этом фоне демарш вокруг карты выглядит не самостоятельным событием, а звеном в цепочке попыток Токио поддерживать тему «северных территорий» в международном информационном поле. Проблема в том, что картографическая проекция — не политический документ, и требование её исправить не меняет ни одного юридического факта. Именно это, судя по реакции Ушакова, и делает претензию бессмысленной в глазах Москвы.

Показательно и то, что протест адресован оператору сайта, а не самой ООН. Это скорее жест для внутренней аудитории, чем реальный дипломатический шаг. Россия в ответ не стала разворачивать аргументацию — и в этом тоже есть послание: спор о Курилах для Москвы закрыт, а попытки оспорить его через карты, заявления или символические протесты ничего не изменят.