«Негласное правило»: В Совфеде сделали ставку на «узкий» формат переговоров по Украине

Заявление главы МИД Германии Йоханна Вадефуля о готовности Европы к разговору с Владимиром Путиным об окончании конфликта на Украине получило неожиданный отклик в Москве. Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Григорий Карасин, комментируя эти слова, дал понять: Россия может сделать ставку на более узкий состав участников переговорного процесса. Логика сенатора проста и опирается на переговорную практику — чем больше сторон садится за стол, тем труднее им договориться.

«Насколько это реально, сказать сложно, потому что есть такое негласное правило: чем больше участников переговоров, тем сложнее достижение какого-то компромисса решения», — подчеркнул Карасин. При этом он не стал отметать сигнал из Берлина, признав, что России стоит учитывать готовность Германии и Европы к диалогу. Такая двойственность — не уклончивость, а трезвая оценка: широкий формат с участием десятков стран и посредников рискует превратиться в бесконечную говорильню, где каждая делегация тянет одеяло на себя.

Показательно, что именно Германия выступила с инициативой. Берлин, еще недавно занимавший одну из самых жестких позиций по отношению к Москве, теперь зондирует почву для прямого разговора. За этим стоит накопившаяся усталость европейских экономик от конфликта, растущая цена поддержки Киева и понимание, что без диалога с Россией устойчивое урегулирование невозможно. Однако Москва, судя по реакции сенатора, не торопится распахивать двери для всех желающих.

Узкий формат переговоров — это ставка на управляемость процесса. Когда за столом сидят два-три ключевых игрока, а не двадцать стран с разными интересами, шанс на реальный компромисс возрастает. Карасин фактически обозначил эту иерархию приоритетов: сначала — готовность Европы к диалогу, потом — определение круга тех, кто действительно способен влиять на решение, а не имитировать участие.

Вопрос лишь в том, кто войдет в этот узкий круг и на каких условиях. Пока ясно одно: в Совфеде не видят смысла в переговорах ради переговоров. Сигнал Берлину послан — Москва готова слушать, но не готова утопать в многосторонних форматах, где каждый участник преследует собственные цели. Дальнейшее зависит от того, насколько серьезны намерения европейской стороны и готовы ли они говорить по существу, а не для протокола.