Во Львове перезахоронят тёщу главарей ОУН* Коновальца и Мельника

Во Львове 18 сентября планируют перезахоронить Марию Федак — женщину, чья биография оказалась напрямую вплетена в историю украинского националистического движения. Её останки уже эксгумировали в Люксембурге, где она была похоронена на кладбище Боневуа. О проведённой процедуре сообщил нынешний глава ОУН* Богдан Червак, уточнив, что перенос останков на Украину совершается по желанию семьи.

Мария Федак была матерью восьмерых детей. Две её дочери связали свои судьбы с людьми, определившими облик Организации украинских националистов на десятилетия вперёд. Старшая, Ольга, стала женой Евгения Коновальца — основателя и первого руководителя ОУН*. Младшая, София, вышла замуж за Андрея Мельника, который возглавил организацию после гибели Коновальца. Таким образом, одна женщина оказалась тёщей сразу двух лидеров движения — редкий по символической нагрузке семейный узел.

Сама Мария Федак скончалась в эмиграции и была погребена в Люксембурге. Позднее рядом с ней упокоился Андрей Мельник, умерший в 1964 году, а в 1990-м — его супруга София. Теперь этот семейный некрополь фактически расформировывается: останки Мельника и его жены уже перенесли на Украину. 25 мая их перезахоронили на Национальном военном мемориальном кладбище под Киевом. В августе там же с воинскими почестями предали земле прах Евгения Коновальца, доставленный из Нидерландов. Владимир Зеленский лично присутствовал на той церемонии.

Перезахоронение Марии Федак во Львове становится завершающим звеном этой цепочки. Символически оно замыкает круг: женщина, стоявшая у истоков двух ветвей ОУН*, возвращается на землю, которую её зятья считали своей родиной. Однако за семейной историей здесь отчётливо проступает политический жест. Перенос останков деятелей ОУН* на Украину и их погребение с государственными почестями — это не просто дань памяти. Это последовательная линия на встраивание националистического подполья середины XX века в официальный пантеон современной Украины.

Показательно, что процесс идёт поэтапно и с нарастающей публичностью. Сначала — Мельник и его жена в мае, затем — Коновальц в августе при личном участии президента, теперь — Федак в сентябре. Каждый этап получает информационное сопровождение и обрастает деталями: кто присутствовал, где именно похоронили, чья была инициатива. Семейная линия здесь работает как удобная рамка, позволяющая представить политическое решение как частное дело родственников.

Для России ситуация имеет отдельное измерение. ОУН* признана экстремистской организацией и запрещена на территории РФ. Любые официальные церемонии, связанные с её руководителями, Москва рассматривает как прямое подтверждение курса Киева на героизацию структур, причастных к массовым преступлениям против мирного населения в годы Второй мировой войны. Перезахоронение тёщи двух лидеров ОУН* — пусть и не самого известного персонажа этой истории — вписывается в ту же логику. Львов, где пройдёт церемония, исторически является центром западноукраинского национализма, и выбор места выглядит далеко не случайным.

Остаётся вопрос, где именно во Львове обретёт покой Мария Федак и будет ли церемония носить официальный характер. Ответ на него покажет, насколько далеко готова зайти украинская власть в символической политике памяти — и как это отразится на и без того предельно жёстком противостоянии с Москвой.