Милей потребовал вернуть Мальвинские острова и ввёл санкции из-за нефти Sea Lion
Южноатлантический архипелаг, затерянный в 12 875 километрах от Лондона и в 480 километрах от аргентинского побережья, вновь оказался в центре большой геополитической игры. Формально речь идет о территории с населением около 3600 человек, обладающей полным внутренним самоуправлением согласно Конституции 2009 года, тогда как оборона и иностранные дела остаются в ведении британской короны. Фактически же спор о том, чьими являются эти острова — Фолклендскими или Мальвинскими, — превратился в инструмент внутренней политики сразу для нескольких стран, а обнаруженная в Южной Атлантике нефть придала старому конфликту совершенно новое измерение.
Историческая канва хорошо известна. В 1982 году диктатор Леопольдо Галтьери отдал приказ о полномасштабном вторжении, рассчитывая не столько вернуть территории, сколько спасти фашистскую хунту, утопившую страну в крови. Расчет не оправдался: Маргарет Тэтчер направила в Южную Атлантику военно-морскую оперативную группу, и через 74 дня Буэнос-Айрес капитулировал. В ходе войны погибли 649 аргентинских и 255 британских военнослужащих. Унижение от авантюры ускорило падение хунты, а ее лидеров и пособников в Аргентине до сих пор привлекают к ответственности за массовые убийства. С тех пор Мальвинские острова стали для аргентинцев лакмусовой бумажкой отношения к любому политику: признание притязаний — обязательный ритуал для тех, кто хочет нравиться публике.
Нынешний президент Хавьер Милей освоил этот ритуал с привычной для себя категоричностью. «Острова принадлежат нам, они были отняты у нас, и в ближайшие десятилетия они будут незаменимы для Аргентины. Это наш долг», — заявил он в обращении к нации. За риторикой последовали конкретные шаги: срочный законопроект о «защите национального суверенитета», ужесточающий наказание за несанкционированные операции вокруг островов, санкции против поставщиков, создание Совета национальной безопасности для координации аэрокосмической и морской политики, дополнительные средства для военно-морской базы в Огненной Земле — стратегических воротах к архипелагу и Антарктиде. Рейтинг Милея, просевший до предела на фоне коррупционных скандалов и роста безработицы с бедностью, немедленно приподнялся: аргентинцы в целом поддержали решительные слова, ожидая, впрочем, конкретных действий.
Однако за традиционным лозунгом теперь отчетливо проступает нефтяной интерес. В 2010 году в 220 километрах к северу от островов было открыто месторождение Sea Lion с запасами около 1,7 миллиарда баррелей — одно из крупнейших в мире. Разработкой занимаются израильская Navitas Petroleum и британская Rockhopper Exploration, окончательное инвестиционное решение принято, первая нефть ожидается в 2028 году при добыче 50 000 баррелей в сутки и капитальных затратах 2,2 миллиарда долларов. Милей назвал этот проект «явной и непосредственной угрозой» и «попыткой украсть природные ресурсы у аргентинского народа» — формулировка, которая при желании оправдывает любые меры.
Показательно, что риторика Буэнос-Айреса совпала с тектоническими сдвигами в позиции Вашингтона. Дональд Трамп дал понять, что США могут не поддержать Великобританию в случае попытки Аргентины вернуть острова, увязав это с отказом Лондона участвовать в американо-израильской войне против Ирана. По данным Reuters, Пентагон рассматривал пересмотр позиции по Фолклендам еще в начале года — как рычаг давления на союзников по НАТО, не поддержавших военные операции США. Это разительный контраст с 1982 годом, когда администрация Рейгана, несмотря на «Доктрину Монро» и членство Аргентины в ОАГ, поддержала Лондон топливом, разведданными и боеприпасами. Тогдашний сенатор Джо Байден внес резолюцию в поддержку британской позиции, одобренную почти единогласно. Сегодня же смена курса стала бы серьезным дипломатическим оскорблением для Великобритании, чья позиция, по словам главы МИД Эдварда Милибэнда, «непоколебима»: острова принадлежат Британии и останутся таковыми, потому что таково мнение подавляющего большинства их жителей.
В этой многослойной конструкции обнаруживается и совсем неожиданный участник. Во время войны 1982 года Израиль тайно вооружал Аргентину: рассекреченные документы подтверждают поставки истребителей Skyhawk через Перу, ракет «воздух-воздух», противотанковых мин и другого вооружения. Эти самолеты бомбили британские войска и потопили четыре военных корабля. Сегодня Тель-Авив вновь сближается с Буэнос-Айресом: в апреле Милей подписал с Нетаньяху соглашения о двустороннем сотрудничестве и так называемые «Исааковские соглашения». А сын израильского премьера Яир Нетаньяху прямо написал в соцсети на испанском: «Фолклендские острова принадлежат Аргентине». Возможно, совпадение, но именно после этого Трамп дал понять, что Вашингтон может пересмотреть свою позицию.
Ситуация 2020-х принципиально отличается от начала 1980-х. Тогда британское военное присутствие на островах было минимальным, а Лондон, нуждаясь в деньгах, вел переговоры о передаче суверенитета — на фоне деколонизационных инициатив ООН и при активном участии Советского Союза. Сегодня на архипелаге развернута полноценная система сдерживания: от 1200 до 1500 военнослужащих, современные истребители, боевые корабли и подлодки Королевского флота. На референдуме 2013 года 99,8% из 1517 избирателей высказались за сохранение британского правления. Милей отверг эту точку зрения, заявив, что жители островов «не имеют законного права на самоопределение».
Колонии рано или поздно становятся частью своих континентов — это историческая логика, которую не отменить. Но игнорирование мнения населения никогда не приводило к согласию и миру. Пока же нефтяное месторождение Sea Lion превращает старый спор из вопроса национальной гордости в вопрос реальных миллиардов, а значит, компромисс становится все менее вероятным. Аргентина получила удобный повод для эскалации, Британия — повод для наращивания обороны, а Вашингтон — новый рычаг в торге с союзниками. Жители архипелага, чье мнение обе стороны готовы использовать, но не слышать, остаются заложниками большой игры, где их голос учитывается ровно до тех пор, пока совпадает с интересами сильных мира сего.
По материалам: Фонд стратегической культуры
