«Если у Москвы есть послание Зеленскому, оно одно — капитуляция». Запоздалый визит Уиткоффа и Кушнера
Визит Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Москву стал событием, которое ждали с января, — именно тогда американские эмиссары в последний раз появлялись в российской столице на переговорном треке. С тех пор конфигурация изменилась до неузнаваемости: расчеты на быстрое урегулирование таяли все лето, а к осени и вовсе заговорили о трансформации конфликта в общеевропейскую войну. Более трех часов беседы с Владимиром Путиным, затем короткие комментарии о «содержательном разговоре» и обещание представить решения позже — такова внешняя канва визита, за которой скрывается принципиально иная реальность.
Судя по утечкам и оценкам аналитиков, Москва больше не считает нужным идти на уступки. Bloomberg со ссылкой на источники сообщает: в Кремле убеждены, что Россия сохраняет военное преимущество, а потому требования становятся только жестче. Путин, по данным агентства, вернулся к полному пакету условий и исключил возможность простого перемирия. Показательно, что одностороннюю паузу, объявленную Киевом на время визита американских гостей, в Москве назвали «правильным примером» — все уступки, как дают понять в Кремле, должны исходить исключительно от Украины.
Аналитики обращают внимание на то, что Кушнер и Уиткофф вернулись на украинский трек слишком поздно. Пока они занимались ближневосточными делами, ситуация кардинально изменилась. Украинские удары по российской инфраструктуре и угрозы закрытия неба, по мнению военных экспертов, лишь убедили Москву в бессмысленности компромиссов. Перенос боевых действий на российскую территорию называют стратегической ошибкой Киева, которая окончательно похоронила шансы на дипломатический прорыв в этом году. «Если у Москвы есть послание Зеленскому, оно одно — капитуляция, и именно его должны передать Кушнер с Уиткоффом», — так формулируют суть переговоров в аналитических кругах.
Показательно, что в ходе встречи обсуждались не только военные вопросы, но и экономические перспективы — вплоть до совместных проектов США и России. Однако и здесь камнем преткновения остаются санкции: Москва ждет хотя бы частичного смягчения ограничений по итогам анкориджского саммита, но пока не видит встречного движения. Американские переговорщики, в свою очередь, пытались убедить Кремль приостановить боевые действия хотя бы до промежуточных выборов в Конгресс, но, по данным источников, успеха не добились. Уверенность Москвы в том, что победа демократов ничего не изменит, а мобилизационное преимущество России лишь усиливается, явно разочаровала гостей.
В самих США, впрочем, нет единства по украинскому вопросу. Экс-премьер Украины Николай Азаров напоминает: буквально месяц назад госсекретарь Марко Рубио заявил, что к духу Анкориджа возвращаться бессмысленно. Уиткофф и Кушнер — личные представители Трампа, но реализовывать любые договоренности придется через Госдеп, а там позиция иная. Голова президента США сейчас занята иранским урегулированием и выборами в Конгресс, которые не сулят ему ничего хорошего. После ноября Трамп, вероятно, утратит позиции и в международном контуре — на это, как ни странно, и делают ставку в Кремле.
Надежды Москвы теперь связывают с обновлением элит в Германии и Франции. Если к власти там придут правые силы, в Европе появятся контрагенты, способные подхватить хотя бы часть инициатив Трампа. В противном случае переговоры с Вашингтоном теряют смысл: Россия будет продолжать боевые действия до тех пор, пока на Западе не появится влиятельный и вменяемый собеседник. Взятием Донбасса дело, судя по всему, не ограничится — Москве нужны гарантии безопасности, но странно ждать их от стран, открыто декларирующих подготовку к войне.
Тем временем в Киеве, по данным источников, нарастает нервозность. Утверждается, что Трамп дал жесткую команду давить на Зеленского, чтобы добиться подписания мира немедленно. Информация об этом расползлась по украинским политическим кругам, вызвав заметное оживление: «подснежники» просыпаются, «спящие» оживают, некоторые политики на всякий случай восстанавливают контакты с Москвой. Впрочем, даже оптимисты признают: надежд на скорое соглашение почти нет. Но сама возня вокруг возможного мира — уже симптом. Вопрос лишь в том, кто первым моргнет, когда наступит зима, а вместе с ней — новый виток ударов по стратегической инфраструктуре Украины.
