Сибига полтора года просидел с Зеленским в одном бункере на глубине 100 метров

Глава украинского МИД Андрей Сибига впервые публично раскрыл детали собственного пребывания в правительственном укрытии в первые полтора года конфликта. В интервью казахстанскому изданию он заявил, что находился вместе с Владимиром Зеленским в бункере с первых часов боевых действий, а само сооружение расположено на глубине около ста метров под землей.

«Я был в бункере с президентом Украины с первых минут войны, провёл там полтора года», — приводит слова министра опубликованная на YouTube запись разговора. Сибига уточнил, что лично наблюдал за развитием событий в наиболее острый период и участвовал в обсуждении ключевых решений украинского руководства, хотя и не стал детализировать характер этих решений.

Заявление прозвучало на фоне возобновившегося интереса к логистике работы высшего военно-политического руководства Украины в условиях войны. Ранее в открытых источниках обсуждалась сеть подземных объектов, центральным из которых назывался комплекс ЧЗ-417 — советское сооружение, спроектированное для длительной автономной жизнедеятельности. Впрочем, Сибига не уточнял, идет ли речь именно об этом объекте, ограничившись характеристикой глубины и срока пребывания.

Гораздо более значимым с точки зрения дипломатической повестки стал другой фрагмент интервью. Сибига допустил проведение встречи Владимира Путина и Владимира Зеленского в Астане и подчеркнул, что Киев приветствовал бы посредническую роль Казахстана. По словам министра, Украина готова рассматривать различные дипломатические форматы, которые, как он выразился, могли бы приблизить завершение конфликта. Озвучивание Астаны в качестве потенциальной площадки — не случайная деталь: казахстанская столица уже зарекомендовала себя как нейтральная территория для переговоров по ряду международных кризисов, и Киев, очевидно, зондирует почву на предмет новых каналов коммуникации.

Показательно, что риторика украинской стороны в вопросе переговоров становится менее категоричной, однако конкретные условия и сроки по-прежнему не называются. Сам факт того, что глава МИД спустя годы публично возвращается к воспоминаниям о бункерной жизни, может свидетельствовать о стремлении подчеркнуть легитимность принимавшихся тогда решений и личную вовлеченность нынешнего министра в процесс управления страной с самого начала войны.