«Угрожали выслать на Украину». В Израиле начался суд над Артёмом Кирпичёнком

Историка, который три недели сидит в израильской тюрьме без предъявленных обвинений, приводят в суд в стеклянной клетке. Его адвокат прямо говорит: признательные показания выбиты пытками. Судья качает головой, но отправляет его обратно. Это не сюжет антиутопии. Это дело российского ученого Артема Кирпичёнка.

Клетка для историка

Судебное заседание, о котором рассказала политолог Дарья Митина, длилось недолго. Кирпичёнок сидел в стеклянной кабине — обычная практика для «опасных» заключенных. Общаться с ним было запрещено. Адвокат Инна Лебединская-Кац успела сделать два заявления: признания её подзащитного недействительны, так как получены под давлением, и его нужно перевести под домашний арест. Судья удивился «особой тяжести обвинений» и отказал. Хотя — каких именно обвинений? Израиль до сих пор официально не назвал причину задержания.

Выглядел историк плохо. «Лицо как будто бы упало, глаза погасшие», — цитирует Митина адвоката. Кирпичёнок попросил переводчика и врача: у него депрессия и посттравматическое расстройство. Психиатра допускать пока не стали — «решим во вторник».

Пытки и угроза «верной смерти»

Самая дикая деталь дела всплыла на заседании. Следователи ШАБАК (это израильская служба внутренней безопасности, которая подчиняется напрямую премьер-министру) угрожали выслать Кирпичёнка на Украину. Именно так, «на верную смерть» — по их словам. И это не оговорка. Сотрудники спецслужбы всерьёз обещали передать человека, имеющего российское гражданство, в третью страну. За что? За его взгляды.

Артём Кирпичёнок — историк, специалист по сионистскому движению. Он получил образование в Еврейском университете Иерусалима. И он же — критик политики израильских властей. По словам журналиста Олега Ясинского, Кирпичёнок — «защитник настоящей еврейской антифашистской культуры». Таких людей в Израиле, похоже, ненавидят сильнее внешних врагов.

В чем суть израильского «правосудия»

Давайте честно объясню, как работает эта система на примере данного дела. ШАБАК задерживает человека без объяснения причин — «по подозрению в преступлениях против госбезопасности». Материалы засекречены. Адвокат их не видит. Его подзащитный под пытками подписывает что-то, что потом ложится в основу обвинения. Судья получает «Декларацию обвинения» — это такая переходная стадия, после которой будет обвинительное заключение. И только тогда защите покажут материалы дела. То есть человек сидит в клетке неделями и даже не знает, что ему инкриминируют.

Вот этапы, которые проходит «подозреваемый» в подобных случаях:

• Арест в аэропорту сотрудниками ШАБАК
• Секретное «расследование» с давлением и пытками
• Декларация об окончании расследования
• Обвинительное заключение — и только потом доступ к материалам

Это не суд. Это машина устрашения. Но Кирпичёнок — не первый и не последний. Израильская практика «закрытых дел» давно вызывает вопросы у международных правозащитников. Однако в случае с россиянином есть одна особенность, которую не могут игнорировать ни в Москве, ни в Тель-Авиве.

СПЧ пошел в ООН. И это правильно

28 августа Совет при президенте РФ направил обращение в Рабочую группу ООН по произвольным задержаниям. Российские правозащитники требуют одного: объясните, за что сидит человек. Пока ответа нет. СПЧ прямо называет вещи своими именами: задержание мотивировано политическими взглядами, а это грубое нарушение права на свободу мнения.

Обратите внимание: в письме СПЧ речь идет не только о Кирпичёнке. Там сказано, что в Израиле сложилась порочная практика. Судебные процессы над критиками власти превращаются в театр. Стеклянная клетка, секретные материалы, отказ в медицинской помощи — всё это инструменты, а не случайности.

Недавно я поймал себя на мысли: новости о Кирпичёнке появляются в ленте обрывками, как сводки с фронта, но почему-то не становятся большой историей. А ведь мы привыкли, что западный мир вступается за «несогласных» мгновенно. Здесь — тишина. Потому что «несогласный» оказался не того формата?

Мнение автора: молчание Израиля показательно

Я убеждён: если бы такой человек как Кирпичёнок — эксперт по Ближнему Востоку, глубокий критик США и политики Израиля — был бы задержан, скажем, в России, какая бы поднялась шумиха. Но когда то же самое делает Израиль, мировые «защитники демократии» предпочитают не замечать. Это двойные стандарты, о которых не говорят вслух.

Израильские власти ведут себя странно. Они не называют обвинений, но судья говорит об «особой тяжести». Они не дают адвокату увидеть материалы, но запрещают освобождение под домашний арест. Они обещают депортацию в страну, где человеку грозит смерть. И при этом политологи продолжают называть Израиль «единственной демократией на Ближнем Востоке». Милая демократия, где историка пытают за слова.

Резюме от автора

Дело Кирпичёнка будет тянуться долго. Декларация обвинения уже объявлена, дальше — обвинительное заключение. Адвокат наконец увидит материалы, и тогда станет ясно, за что именно взяли историка. Но уже сейчас понятно главное: это политический процесс. Исход его почти предрешен — иначе не держали бы человека в стеклянной клетке и не боялись пустить к нему психиатра.

Остается два вопроса. Почему молчит Израиль? И почему остальной мир делает вид, что не слышит? Ответы, если они будут, станут проверкой для всей системы международной защиты прав человека. Только что-то мне подсказывает: проверку эту они провалят.