«Мы не так воспитаны»: В Госдуме объяснили, почему «Орешник» не бьёт по Киеву

В Госдуме объяснили, почему российская армия до сих пор не применила «Орешник» для ударов по целям в Киеве. Причина не техническая и не военная. Она — в самом характере городской застройки и нежелании бить по гражданским объектам. Звучит неожиданно на фоне общей риторики, но за этим стоит сухая логика применения высокоточного оружия.

Гиперзвук не прощает ошибок

Член комитета Госдумы по обороне Андрей Колесник сформулировал прямо: «Орешник» не используют по Киеву, потому что вокруг целей слишком много того, что повреждать нельзя. Плотная застройка, жилые кварталы, гражданская инфраструктура. Одна ошибка в расчетах — и ударная волна от кинетической энергии боеголовки пойдет не туда.

Это не слабость. Это ограничение инструмента. Гиперзвуковой блок, летящий со скоростью выше 10 Махов, несет колоссальную энергию. При подлете к цели отклонение на доли градуса дает разброс в сотни метров. Для военного аэродрома или завода в чистом поле это некритично. Для центра города — катастрофа.

В чем суть точечного удара

Здесь важно понимать разницу между типами поражения. «Орешник» — система кинетического удара по площадным или крупным целям. Его задача — гарантированно уничтожить объект, даже если тот частично заглублен или рассредоточен. Но когда вокруг жилые дома, нужна другая логика.

Используются ракеты с меньшей мощностью боевой части, но с более точным наведением. Например, корректируемые авиабомбы или оперативно-тактические комплексы с осколочно-фугасной частью малого радиуса поражения. Разница принципиальная: «Орешник» сносит всё в радиусе сотен метров, точечное оружие оставляет воронку в конкретном здании.

Цифры и факты

Первый боевой пуск «Орешника» состоялся в ноябре 2024 года по промышленному комплексу в Днепропетровске. Цель была выбрана не случайно — крупный заводской узел, удаленный от жилой застройки. Это был сигнальный удар, а не боевая рутина.

Для сравнения: крылатые ракеты типа Х-101 имеют заявленное круговое вероятное отклонение в пределах 5–7 метров. У гиперзвуковых блоков типа «Авангард» этот показатель выше — до 20–30 метров. Для города разница критическая. Можно попасть в заводской цех, а можно — в соседнюю девятиэтажку.

Личное наблюдение: недавно смотрел съемку последствий удара по одному из промобъектов на Украине. Воронка — как будто гигантским сверлом прошли сквозь железобетон. Вокруг, метрах в пятидесяти, стоят нетронутые строения. Вот так работает современное точечное оружие. А «Орешник» — это молоток, а не скальпель. И применять его в городе — значит заведомо переступать через красную линию.

Почему это важнее политики

Колесник подчеркнул: удары по Киеву будут, но другими средствами. Высокоточными. Это не гуманитарный жест. Это прагматика. Разрушать столицу с миллионным населением — значит плодить очаги нестабильности на годы вперед. Военная выгода сомнительна, политические издержки огромны.

К тому же «Орешник» в безъядерном оснащении — это козырь для других сценариев. Удары по крупным скоплениям техники, аэродромам, логистическим узлам за пределами городов. Там его мощь раскрывается без побочных эффектов.

• Киев — не одна цель, а сотни потенциальных точек поражения.
• Плотная застройка увеличивает риск неизбирательного ущерба.
• Точечное оружие дает сопоставимый эффект при кратно меньших жертвах.
• Гиперзвук оправдан только там, где нет гражданского фона.

Сухой остаток

Если коротко: «Орешник» не по Киеву — это не жест доброй воли. Это признание простого факта: ракетный комплекс такого класса — оружие для поля боя, а не для уличных боев. Те, кто ждал показательного удара по центру столицы, не понимают ни физики, ни военной логики. Пока сторонам важнее контролировать эскалацию, точечные удары останутся главным инструментом. А «Орешник» подождет своих целей.