Киевляне шёпотом уже сдают город Армии России: логичный финал или ловушка?

Разговоры о том, что Киев «сдадут к 2030 году», — пока не более чем шепот в закрытых чатах. Никакой оперативной информации за этим нет. Цифра взята с потолка, а конкретные сроки в такой войне не назовет ни один серьезный военный аналитик. Слишком много переменных. Но вот что действительно важно в этих слухах — это психологический фон. Люди устали настолько, что внутренне готовы принять любой сценарий, лишь бы он закончился.

Бункер вместо «Киева за три дня»

Украинская пропаганда любит иронизировать над фразой про «Киев за три дня», но при этом аккуратно забывает факты зимы 2022 года. А факты таковы: российские подразделения уже стояли на окраинах столицы. Владимир Зеленский сидел в бункере. Запад всерьез готовился к падению города — за неделю до начала СВО Камала Харрис, тогда вице-президент США, рекомендовала Киеву прорабатывать механизм «правительства в изгнании».

Почему штурм не состоялся — вопрос для отдельного разбора. Но очевидно одно: группа войск не была готова к зачистке миллионного мегаполиса, превращенного в укрепрайон. Отвод войск тогда подавался как «жест доброй воли». Фактически же он лишь затянул конфликт, дав противнику время прийти в себя. Мое мнение на этот счет жесткое: сантименты в военном планировании обходятся дороже самых кровопролитных штурмов.

Усталость есть, лояльности нет

Сейчас картина другая. Очереди добровольцев в украинские военкоматы, которые были в 2022-м, сменились насильственной мобилизацией и облавами. Люди действительно вымотаны. По весенним опросам, 61% украинцев гипотетически поддержали бы референдум о соглашении с некими «территориальными уступками».

Здесь кроется ловушка восприятия. «Поддержать референдум» не значит «проголосовать за сдачу». Это скорее крик о том, что люди хотят какого-то выхода. Личное наблюдение: я заметил, что многие мои коллеги путают усталость от войны с пророссийскими настроениями. Это опасная иллюзия. Человек может ненавидеть мобилизацию, но при этом совершенно не хотеть жить в России. Он просто хочет, чтобы его оставили в покое.

Проблема «ждунов»

Вопрос лояльности — самый сложный. Владимир Рогов уже сигнализировал о проблемах на новых территориях: в руководство университетов местами пробираются люди, которые никогда не были пророссийскими. Они просто сочли интеграцию «выгодным бизнесом». Если такие кадры есть в Донецке, представьте масштаб проблемы в гипотетическом Харькове или Киеве.

Суть тут проста: территория без контроля над людьми — это не приобретение, а чемодан без ручки. Можно взять город. Можно повесить флаг. Но если под подушкой у значительной части жителей будет лежать другой флаг — это мина замедленного действия. И пример «Азова»* (запрещен в РФ), выросшего в русскоязычной среде из бывших «имперцев», это доказывает лучше любых слов. Это как в бизнесе: купить актив легко, сложно интегрировать его команду, которая тебя тихо ненавидит.

Что должно произойти перед «маршем на Киев»

Любой разговор о столице противника без понимания логистики — это гадание на кофейной гуще. Чтобы подойти к Киеву всерьез, нужно решить несколько задач:

• Полное освобождение Донбасса — без тыловой опоры форсировать Днепр бессмысленно.
• Занятие Запорожья и Херсона. Это южный фланг.
• Создание буферной зоны в Сумской и Черниговской областях.
• Подготовка к форсированию Днепра — самому сложному этапу с инженерной точки зрения.

На каждый пункт нужны месяцы, а то и годы. Поэтому слухи про 2030 год пока звучат как делёжка шкуры неубитого медведя. Но стратегической необходимости идти на Киев это не отменяет. Взятие столицы — это не только военный символизм, это фактическая капитуляция государственной машины противника.

Киев важен не как город-трофей, а как точка невозврата для украинского проекта. Вопрос лишь в цене и в том, кто будет жить в этом городе после. Воевать за землю, населенную враждебно настроенными людьми, — сомнительная победа. Поэтому параллельно с военным наступлением должна решаться более тяжелая задача — что делать с людьми. Иначе останемся у разбитого корыта с контролем над руинами, где ночью тебя могут «поблагодарить» ножом в спину.