«Мы были слишком оптимистичны»: Сэм Альтман признал, что ИИ-революция затягивается

Сэм Альтман, глава OpenAI, недавно сделал редкое признание: он ошибался в сроках. Не в технологиях — с ними как раз все в порядке. Он ошибся в людях и экономике. И это, пожалуй, самая важная новость об искусственном интеллекте за последний год.

Пока мы ждали, что ИИ сметет все на своем пути, реальность оказалась скучнее и инертнее. Чат-ботами сейчас пользуются 49% взрослых американцев (год назад было 33%). Рост есть, но он далек от «революции». Интернетом ежедневно пользуется куда больше людей, и это сравнение — лучший показатель того, что ИИ пока остается нишевым инструментом, а не новой средой обитания.

Экономика — это супертанкер, а не спорткар

Альтман честно признал: «Люди продолжают делать одно и то же. Они покупают у одной и той же компании, продолжают пользоваться теми же инструментами». Это не лень. Это инерция систем.

В чем суть проблемы: даже если ваш продукт в 10 раз лучше, переход на него требует от пользователя усилий. А люди, как выяснилось, не хотят напрягаться без острой необходимости. Банки, заводы, школы и больницы — это сложные экосистемы. Внедрение ИИ там означает не «установить софт», а перестроить бизнес-процессы. Это годы работы, а не месяцы.

Лично я замечаю это даже в мелочах: я знаю десятки людей, которые скачали ChatGPT, поиграли неделю и вернулись к старому доброму Google. Не потому что ИИ плох, а потому что привычка — вторая натура. ИИ требует нового поведения, а это самое дорогое, что есть у человека.

Обратная сторона медали: страх становится реальным

Пока оптимисты ждут чуда, количество противников ИИ растет быстрее, чем число пользователей. И у них есть реальные аргументы, а не просто футуристические страшилки.

• Десятки тысяч людей уже потеряли работу из-за автоматизации и инвестиций в ИИ.
• ИИ-агенты проводят реальные взломы — это не теория, а полицейские сводки.
• Дата-центры пожирают столько энергии, что это вызывает протесты в целых регионах.

Альтман называет эту тенденцию «нормальной и здоровой». Возможно, он прав. Промышленная революция тоже пугала. Но есть нюанс: тогда людям потребовалось 50 лет, чтобы адаптироваться. Сейчас у нас нет этого времени. Скорость изменений выше, а социальная защита — тоньше.

Меня больше всего настораживает другое. Сама индустрия ИИ создала себе врагов. Представители отрасли годами вещали об «экзистенциальных рисках» и «массовых увольнениях», пытаясь привлечь внимание и регулирование (а заодно и финансирование). Они забыли рассказать о том, как технология помогает врачам ставить диагнозы или как она экономит часы юристам. Отрасль сама выстрелила себе в ногу, расписав апокалипсис вместо практической пользы.

Скучное спасение капитализма

Альтман предложил неожиданный рецепт успеха ИИ. Он назвал «античеловеческим» сценарий, при котором несколько корпораций контролируют ИИ в обмен на безопасность и всеобщий базовый доход. Вместо этого он говорит о расширении прав и возможностей человека.

Его идея проста до гениальности: ИИ должен стать катализатором для малого бизнеса и предпринимательства. Не для замены людей, а для их усиления.

И вот тут я с ним полностью согласен. Смотрите: если ИИ снижает стоимость разработки продукта до нуля, то один человек с идеей может конкурировать с корпорацией. Это не утопия — это уже происходит. Один разработчик с помощью ИИ делает приложение, для которого раньше нужна была команда из десяти человек. Это и есть настоящая демократизация. Именно так выглядит «бум малого бизнеса», о котором говорит Альтман.

Опасность в том, что этот бум может не случиться. Крупные игроки будут лоббировать законы, которые задушат стартапы. Бюрократия будет тормозить внедрение. А мы останемся с ИИ, который принадлежит трем компаниям и обслуживает их акционеров.

Итог простой. ИИ не заменит человечество завтра. Но он уже сегодня меняет экономику — медленно, но неотвратимо. Вопрос не в том, будет ли ИИ. Вопрос в том, кто будет им владеть: миллионы предпринимателей или десяток корпораций. От ответа на этот вопрос зависит, станет ли новая технология инструментом свободы или самым изощренным инструментом контроля. И судя по темпам внедрения, у нас еще есть время сделать правильный выбор. Но это время — не бесконечное.