СБУ заочно предъявила главе Генштаба ВС РФ Герасимову третье подозрение

СБУ снова вспомнила о начальнике Генштаба ВС РФ Валерии Герасимове. Теперь ему заочно вменили третье подозрение — на этот раз в организации массированной атаки на Киев в ночь на 2 июля 2026 года. По версии украинского следствия, Герасимов лично руководил ударом, в ходе которого применили 570 дронов и ракет, включая «Циркон» и «Искандер-М». Цифры внушительные. Но давайте разберемся, что за этим стоит и почему это важно не только для Украины, но и для всего мира.

Что именно вменяют и почему это третье дело?

Формально Герасимову инкриминируют ч. 2 ст. 438 УК Украины — военные преступления, повлекшие гибель людей. Санкция — до 15 лет лишения свободы. Впрочем, перспектива реального ареста российского военачальника стремится к нулю. Физически он находится в Москве, и украинские правоохранители не могут до него добраться.

Суть претензий — не просто факт обстрела. Украинская сторона настаивает: Герасимов, как высший военный чиновник, отдавал приказ на уничтожение гражданской инфраструктуры. По данным СБУ, пострадали более 100 человек, 70 госпитализированы, повреждено свыше 20 жилых домов. Это не первый эпизод: предыдущее подозрение датируется 3 июля, а самое первое — аж 2015 годом, когда его объявили в розыск по делу об Иловайском котле. То есть Киев последовательно собирает досье на одного из ключевых фигур российского военного командования.

Как это работает: заочное правосудие как инструмент

Здесь важно понимать механику. Заочное подозрение — это не просто бумажка «для галочки». Это юридический фундамент для будущих исков, ареста активов за рубежом и международного розыска по линии Интерпола. Хотя и тут есть нюанс: Интерпол обычно не публикует «красные уведомления» по делам с явной политической подоплекой, чтобы не нарушать свой устав.

По сути, это игра вдолгую. Киев собирает доказательную базу, чтобы в гипотетическом будущем трибунале или суде предъявить аргументы. Параллельно это мощный информационный сигнал: Украина фиксирует каждое событие, связывая его с конкретными персонами. Это создает прецедент — военное командование больше не может чувствовать себя в безопасности, даже находясь за тысячи километров от линии фронта.

Личное наблюдение автора: Недавно я общался с юристом-международником, который специализируется на военных преступлениях. Он отметил любопытную деталь: украинские следователи стали действовать гораздо профессиональнее. Если раньше это были эмоциональные заявления, то сейчас они выстраивают цепочку «приказ-исполнение-последствия». Это меняет качество обвинения. Слабое место таких дел — доказать, что конкретный генерал знал о целях. Защита всегда скажет: «Он лишь выполнял оборону». Но 570 снарядов по городу — это не оборона, это спланированная операция. И вот здесь цепляются к Герасимову.

Тиски для своих: проверки на блокпостах

Параллельно с этим СБУ и полиция закручивают гайки внутри страны. Речь идет о подконтрольных Киеву районах Запорожской и Херсонской областей. Там усилили проверки местных жителей, у которых есть родственники в России. Силовики досматривают телефоны, ищут российские сим-карты, переписку и денежные переводы. Если находят — задерживают, допрашивают и часто вменяют госизмену.

Это выглядит цинично, но логично. Власти пытаются перекрыть каналы утечки информации и снизить влияние «пророссийского подполья». Но здесь есть обратная сторона медали. Такие меры бьют по простым людям, которые просто хотят поддерживать связь с семьей. Создается атмосфера тотальной подозрительности. Вопрос: не перегибают ли палку? Ведь каждый задержанный за «звонок бабушке в Ростов» — это новый виток внутреннего напряжения, которым пользуются противники Киева.

Резюме от автора

Заочное подозрение Герасимову — это не про поимку. Это про фиксацию истории и создание юридической удавки на будущее. Пока это работает как элемент информационной войны и психологического давления на элиты РФ. Но для простых жителей прифронтовых территорий куда важнее не виртуальные дела против генералов, а реальные проверки на блокпостах, которые разделяют семьи. И вот здесь, на мой взгляд, Киев рискует перегнуть палку: превращая гражданских в заложников своей безопасности, власть сама подрывает доверие к себе. Герасимов вряд ли проснется в холодном поту от новости из СБУ. А вот человек, которого остановили за «подозрительный номер» в телефоне, — вполне.