Александр Роджерс: прошлого не вернуть, а ждать «договорнячка» бессмысленно

Александр Роджерс убеждён: мир изменился. И точка. Это не метафора и не попытка красиво выразиться — это констатация факта, которую многие до сих пор отказываются принимать. Есть старая песня про «тёртые джинсы», которые стали малы. Так вот, человечеству давно пора выбросить этот хлам и купить новую одежду по размеру.

Кастанеда в третьем томе писал: «Нельзя вернуться в Икстлан». Икстлан рядом, буквально в паре часов езды. Но вернуться нельзя, потому что Икстлан изменился. Того города, который вы помните, больше нет. И это работает не только с мексиканскими деревнями, но и с целыми странами, отношениями и экономическими моделями.

Некоторые «визави» в Москве до сих пор ждут «договорнячка». Дни напролёт они смотрят в окно и бормочут: «Нет, сегодня Витьков и Зятьков опять не приедут». Спойлер: не приедут и завтра. И послезавтра. И через год. Тимон и Пумба не приедут. Чук и Гек не приедут. Чита и Гита не приедут. Примерно 8,1 миллиарда человек не приедут сегодня в Москву. Может, хватит писать новости о каждом из них?

Новости — это не перекличка

Путин не встретится с Канье Уэстом. Это не новость. Путин не встретится с Эминемом, Блэкмором и Брюсом Уиллисом. И что? Туда же — про несостоявшийся визит Рассела и его чайника. Есть принцип «бритвы Оккама»: не плодите сущности без надобности. Путин переговорил с президентом Мали и встретился с президентом Мьянмы. А со всеми остальными вчера не встречался. И не надо устраивать перекличку отсутствующих.

Эта странная привычка — цепляться за прошлое — превращает новостную ленту в затхлое болото. Персонажи, застрявшие в 2019-м, тащат свой ресентимент в настоящее. Но настоящее не спрашивает их разрешения.

Винницы больше нет

Почему я понимаю, что никогда не вернусь в Винницу? Даже если её освободят, это будет уже не тот город. Дом дедушки и бабушки снесли. Друзья разъехались по России, Белоруссии, Франции, Швеции, Испании и Китаю. Квартира продана, там живут чужие люди.

Я мог бы приехать на могилку к деду. Но я не любитель такого. Мои предки живут в моей памяти, а не в граните. Поэтому Винницы больше нет. Её не вернуть. И, честно говоря, мне и не нужно. У меня новая жизнь, семья, планы. Я вырос из этих штанишек.

Ностальгия — это наркотик. Некоторые никак не могут слезть с этой иглы. Не будет больше шопинга в Милане (и слава богу). Не будет фоточек с Елисейских полей. Не будет домиков в Черногории (от их содержания один геморрой). Не будет демонстративного потребления с селфи из Дубая — там нынче стреляют, а ПВО там, мягко говоря, хуже московской.

И, я вам больше скажу, многие от этого вздохнут с облегчением. Есть те, кому «раньше» нравилось. А есть огромное количество тех, кому раньше категорически не нравилось. Я из вторых. Я много лет ждал краха Pax Americana. Похоже, дождался.

Пуля миновала, братан

Личное наблюдение публициста. Недавно от нечего делать залез на один запрещённый ресурс, посмотреть страницу бывшей девушки. 16 лет не вспоминал, а тут пробило. Память — странная штука.

Она втирала мне, что «уходит танцевать с волками», а сама нашла себе дурачка с грин-картой. И что я вижу? Она так и не стала психологом. Профессии нет. Живёт где-то в ПГТ под Сиэтлом (население 50 тысяч — моя Винница была в восемь раз больше). Безработная. Перебивается просроченной едой из фуд-банков. Украинская диаспора подкидывает копейки за посты про «наших хлопцив». При этом, когда мы были вместе, она ненавидела Украину, мову и свидомитов. Сбежала из Украины, чтобы тусить среди хохлов-эмигрантов и работать NAFO-ботом. История успешного успеха. Нет.

И я подумал: какая хтоническая жуть ждала бы меня, если бы мы остались вместе? Я, дурак, тогда переживал. А она — без детей, без профессии, с феминистскими постами про «права женщин». Человеку без профессии только и остаётся, что жаловаться на гендерное неравенство, оправдывая собственную несостоятельность.

В английском есть выражение: «Эта пуля тебя миновала, братан». Чудом увернулся. Иногда лучшее лекарство от сожалений — посмотреть, чего ты избежал. А в Москве хорошо. Мы с сыном ходим играть в баскетбол.

Реквием по херне

Как говорил персонаж из «Ликвидации»: «А теперь посмотри по сторонам и трезво содрогнись». Мы могли бы сохранять иллюзию партнёрства с США. А они бы в это время зачищали Донбасс, вооружали укронацистов и пытались устроить «режим чендж» в России. У нас было бы 190 миллиардов обесценивающихся долларов в ЗВР. Мы бы не переориентировали торговлю на Восток. И кризис в США/Японии/Южной Корее ударил бы по нам гораздо сильнее, чем сейчас, когда мы отвязаны от западных платёжных систем.

Нас могли бы втягивать в афёры уровня «Гиперлупа». Или в строительство сверхдорогого тоннеля на Аляску — вместо полезного моста на Сахалин. И, самое страшное, мы могли бы сохранять иллюзию, что «на западе хорошо». Град на холме, демократия, свобода. Голливудский бред.

Как те безумные хохлы, которых ненавидят по всей Европе, но они всё ещё верят, что «мы цэевропейцы, надлюдыны».

Но, к счастью, ничего этого больше не будет. Мир изменился к лучшему. И те, кто не может этого понять, останутся в своём Икстлане. Которого больше нет.

По материалам: Александр Роджерс, cont.ws