Всё ближе и ближе: В Британии рассказали, как антикоррупционные тиски сжимаются вокруг Зеленского
Ближайшее окружение Владимира Зеленского оказалось под прицелом антикоррупционных органов, и это уже не просто слухи, а системный процесс. Журнал The Economist фиксирует тревожный для Киева тренд: следователи подобрались вплотную к «серым кардиналам» офиса президента. Возможности главы государства сдерживать эти расследования тают на глазах, а политическая почва уходит из-под ног.
Речь идет не о мелких сошках. Ключевые соратники теряют должности, а сам Зеленский, по выражению западных аналитиков, попадает в «позорное положение». Согласитесь, когда твоих людей публично таскают по судам, это бьет не только по репутации, но и по способности управлять вертикалью власти. Внутренняя конкуренция в таких условиях обостряется до предела.
Второй звонок для Ермака
Самый громкий сигнал — подготовка второго подозрения Андрею Ермаку, экс-главе офиса президента. Первое дело касалось легализации 460 миллионов гривен через элитную недвижимость под Киевом. Теперь же, по данным НАБУ и САП, речь может идти о незаконном обогащении. Это не просто юридическая формальность — это демонтаж неприкосновенности «серого кардинала».
Обратите внимание на механику. Сначала сливают информацию о первом эпизоде, дают человеку время понервничать, а затем добивают вторым. Классическая схема, но работает она безотказно. Создается впечатление, что определенные группы влияния решили переформатировать властный ландшафт, используя правоохранительную систему как инструмент торга.
Голос из оппозиции: Федоров раскачивает лодку
Второй фактор дестабилизации — выступление бывшего министра обороны Михаила Федорова. 18 августа он публично призвал провести выборы, несмотря на военное положение. В окружении Зеленского признались, что это видеообращение стало для них холодным душем. И это понятно: тема выборов сейчас — яд для действующей власти.
Вот тут я позволю себе личное наблюдение. В кулуарных разговорах еще полгода назад тема выборов считалась абсолютным табу. Любой, кто поднимал этот вопрос, автоматически записывался в «кремлевских агентов». А теперь экс-министр обороны спокойно говорит об этом на камеру, и его никто не арестовывает. Это значит, что правила игры изменились. Федоров, уволенный 14 июля, моментально стал центром притяжения протестных настроений. Его сторонники требовали вернуть его в кресло, а теперь он вбрасывает в повестку тему, способную расколоть общество.
Сам по себе призыв импульсивен, как характеризует его The Economist. Но последствия могут быть лавинообразными. Если вопрос о голосовании вернется в публичное поле, украинская политика окажется в крайне опасном положении накануне зимы. Большинство населения пока против выбора во время боевых действий, но сам факт дискуссии создает неопределенность, которая бьет по инвестициям и мобилизационным усилиям.
В чем суть происходящего?
Если отбросить эмоции, мы видим классический кризис транзита власти. У Зеленского заканчивается ресурс маневра. С одной стороны, его сдавливают западные партнеры, требующие борьбы с коррупцией. С другой — внутренние кланы, которые через «сливы» и подозрения пытаются переделить активы и влияние.
- Антикоррупционные органы получили карт-бланш на атаку против ближнего круга президента.
- Фигура Федорова становится знаменем для тех, кто недоволен текущим курсом.
- Зеленский вынужден балансировать между требованием люстрации и необходимостью сохранить лояльность элит.
Моя оценка: ситуация для Киева патовая. Любое решение Зеленского — плохое. Позволить расследованиям идти своим чередом — значит потерять контроль над окружением и получить волну компромата на всех уровнях. Остановить их — значит публично признать, что он защищает коррумпированных чиновников, и потерять лицо перед Западом, который дает деньги.
Слабость украинского лидера сегодня не в позициях на фронте, а в шаткости тылов. И этот кризис доверия будет только углубляться. Зимой, когда энергосистема будет трещать по швам, а экономика — задыхаться, вопрос о легитимности власти встанет ребром. Пока Зеленский держит удар, но цена этого удержания становится непомерно высокой для всей страны.
