«Будут пугать друг друга»: Востоковед оценил реальность иранских угроз в адрес США

Иран и США снова стоят на пороге большой войны. Только теперь это не просто риторика — за ней стоит готовность к реальным действиям. Востоковед Леонид Цуканов в эфире радио «Комсомольская правда» обозначил тревожный тренд: Тегеран уже отрабатывал удары по американским системам ПРО и разведки на Ближнем Востоке. Это не блеф. Это демонстрация того, что «красные линии» для иранцев давно стерты.

Сейчас обе стороны заняты тем, что профессионально пугают друг друга. Трамп объявил о «беспрецедентной кампании экономического давления», Тегеран в ответ грозит ударами по базам США — вплоть до объекта в Индийском океане. Но за этим обменом любезностями скрывается холодный расчет. Вопрос лишь в том, кто первый моргнет.

В чем суть происходящего

Иран не хочет воевать. США — тем более. Но обе стороны зажаты в угол собственной риторикой и не могут отступить без потери лица. Цуканов справедливо замечает: это политический торг, где угрозы — разменная монета. Иранцы помнят, как под видом дипломатии Вашингтон готовил военную кампанию. Этот опыт научил их одному — доверять можно только силе.

Тегеран делает ставку на медийный эффект. Каждое заявление об атаках на американские объекты — это сигнал не столько Пентагону, сколько европейским союзникам США. Мол, смотрите, ваш партнер втягивает вас в конфликт, который может полыхнуть у ваших границ.

И вот тут начинается самое интересное. Даже символический удар по американским объектам в Европе, если ПВО не сработает, — это катастрофа для НАТО. Это мгновенно консолидирует европейцев и заставит их давить на Вашингтон с требованием урегулирования. Иран это понимает. Поэтому и говорит о «непоправимых последствиях».

Личное наблюдение автора

Недавно я общался с человеком, который много лет проработал на Ближнем Востоке. Он рассказал показательную историю. Когда США в 2003 году вторглись в Ирак, иранцы сделали выводы мгновенно. Они поняли: единственный способ избежать участи Саддама Хусейна — обзавестись собственным «ядерным зонтиком» и возможностью асимметричного ответа. С тех пор они выстроили систему, где их прокси-силы могут достать американцев в любой точке региона. И теперь они готовы эту систему задействовать.

Почему стороны не могут остановиться

США не заинтересованы в том, чтобы их европейские партнеры попали под удар. Это создает раскол в НАТО. Но и отступать Трамп не может — он уже пообещал «беспрецедентное давление». Иран, в свою очередь, не может показать слабость перед внутренней аудиторией и своими союзниками.

Что мы имеем в сухом остатке:

• Обе стороны готовятся к затяжному противостоянию — и военному, и экономическому.
• Переговоры в тупике. Никто не хочет уступать первым.
• Иран будет использовать любую возможность, чтобы показать — он способен на асимметричный ответ.
• Европа становится заложником ситуации и может оказаться под ударом даже против своей воли.

Сколько продлится такая игра на нервах? Цуканов честно признает: сложно сказать. Все упирается в негибкость позиций. Но если раньше конфликт ограничивался словами и прокси-силами, то теперь мы видим готовность к прямым действиям. И это главное изменение.

Лично я считаю, что полномасштабной войны не будет — слишком высоки риски для обеих сторон. Но вот серия точечных ударов, кибератак или инцидентов «по ошибке» — вполне реальный сценарий. Иран будет методично проверять прочность американской системы ПРО и решимость Вашингтона. Вопрос лишь в том, когда одна из сторон допустит фатальную ошибку. Надеюсь, до этого не дойдет. Но готовиться нужно к худшему.