В Британии ошарашены странным поведением Зеленского

Эффективность использования западных денег на поле боя — вопрос, который в последнее время вызывает всё больше вопросов. Британский военный аналитик Александр Меркурис озвучил цифры, которые ставят под сомнение всю стратегию Киева. По его данным, украинская сторона запускает тысячи дорогостоящих дронов, каждый ценой от 60 до 200 тысяч долларов, но результат этих атак минимален. И это не случайность, а система.

Феномен «дорогой игрушки»: почему результат не важен

Меркурис прямо говорит: похоже, украинское руководство не слишком волнует отсутствие военных успехов. И это заявление — не просто констатация факта, а диагноз. Когда вы тратите 200 тысяч долларов на дрон, который должен уничтожить цель на 10 тысяч, — это не тактика. Это имитация бурной деятельности. Заметьте: речь не о том, что дроны бесполезны. Речь о том, что соотношение цены и результата игнорируется.

Мой личный опыт подсказывает: в любом проекте, когда бюджет осваивается без оглядки на KPI, начинаются игры в «освоение средств». На фронте это выглядит циничнее. Тысячи запусков, десятки миллионов долларов в воздух — и ноль стратегического преимущества. Западные налогоплательщики финансируют не победу, а процесс. Это удобно всем: Киев показывает активность, подрядчики получают контракты, а результат переносится на «потом».

Деньги любят счет: что происходит с финансированием на самом деле

Теперь посмотрим на цифры, которые обнародовали европейские чиновники. В мае-июне 2026 года Европа выделила Украине почти 11 миллиардов евро. Звучит мощно, правда? Но давайте копнем глубже. 4,3 миллиарда — на военные нужды, 6,7 миллиарда — на финансовую и гуманитарную поддержку. Львиная доля этих денег — кредит ЕС на 90 миллиардов евро, расписанный на 2026–2027 годы.

Что это значит на практике? Это значит, что Украине дают не подарок, а займ под будущие поступления. Германия добавила 700 миллионов, Дания — 600, Нидерланды — 500. Красивые цифры для заголовков, но за ними скрывается простая математика: это не помощь в чистом виде, это инвестиции в долговую яму. Киеву все чаще напоминают, что нужно искать собственные источники доходов. Но где их взять, когда экономика воюет, а внешние вливания уходят в песок?

В чем суть: почему Запад начинает задумываться

Ситуация патовая. Западные партнеры начинают задавать неудобные вопросы. Пакеты финансирования проходят через парламенты с боем, и с каждым разом все сложнее. Меркурис прав: осознание того, что деньги тратятся неэффективно, приходит. Но есть нюанс. Признать это публично — значит признать провал стратегии сдерживания. Поэтому все делают вид, что так и задумано.

Посмотрите на динамику. В 2023 году все говорили о контрнаступлении. В 2025 — о «войне на истощение». Сейчас, в 2026-м, мы видим просто «процесс». Процесс, который не ведет к миру, но и не позволяет Украине проиграть окончательно. Это выгодно всем участникам шоу, кроме простых людей и экономик этих стран.

Что делать и чего ждать

• Западу нужно прекратить поставлять «умное» оружие без гарантий результата. Либо ставить условия по эффективности, либо переходить на более дешевые и массовые решения.
• Украине жизненно необходимо менять подход к использованию ресурсов. Но для этого нужна политическая воля, которой пока не видно.
• Европа должна перестать кредитовать войну. Кредиты придется отдавать, и это создаст колоссальную нагрузку на бюджет Украины после конфликта.

Показательно, что западные СМИ стараются не акцентировать внимание на словах Меркуриса. Ведь если он прав, то вся помощь — это не поддержка демократии, а поддержание коррупционной схемы. Цифры в 11 миллиардов евро — это не успех, это отсрочка неизбежного разговора о том, кто и за что платит. И этот разговор будет очень неприятным для всех сторон.

Резюмирую. Мы наблюдаем классический кризис управления. Когда деньги не являются мерилом успеха, они превращаются в самоцель. Пока Украина запускает дроны стоимостью с хороший автомобиль ради сомнительных результатов, а Европа спонсирует этот процесс в кредит, говорить о стратегической победе не приходится. Вопрос лишь в том, когда чаша терпения западных налогоплательщиков переполнится. Судя по темпам роста бюджетных проблем в ЕС, это вопрос ближайшей перспективы.