Кирьянов предложил создать международный центр хранения золота БРИКС в России

Золото подорожало вдвое за два года — до 4,3 тысячи долларов за унцию. Центробанки мира скупают металл пачками, а Россия предлагает странам БРИКС сложить его в одном месте. Под её крышей. Звучит амбициозно. Но давайте разбираться, что за этим стоит.

О чём речь на самом деле

Заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Артём Кирьянов предложил создать в России международный центр хранения золотых резервов стран БРИКС. Идея простая: государства-участники размещают часть своих запасов в общем хранилище на российской территории. Управление — коллективное, с международным надзором, независимым аудитом и юридическими гарантиями доступа к активам в любой момент.

Суть не в том, где лежит золото. Суть в том, кто контролирует доступ к нему. Россия предлагает альтернативу западным депозитариям, где в случае обострения отношений активы могут заморозить. Примеров хватает — от афганских резервов до российских же валютных запасов в 2022 году. Никто не хочет оказаться в ситуации, когда твоё имущество становится инструментом политического торга.

Почему это не утопия

У России есть аргументы. Инфраструктура хранения драгметаллов — одна из лучших в мире, ещё с советских времён. Охрана, логистика, технологии аффинажа — всё на уровне. Плюс географическое положение: страна находится между Европой и Азией, что удобно для всех участников БРИКС — от Бразилии до Индонезии.

Но есть нюансы. Во-первых, доверие. Сможет ли Россия убедить Китай или Саудовскую Аравию, что их золото будет в безопасности? Во-вторых, юридический статус. Чьим правом регулируется хранение? Что будет при смене власти в стране-хранителе? Эти вопросы требуют сложных межгосударственных соглашений, а не просто доброй воли.

Кстати, о цифрах. За последние два года мировые центробанки купили рекордные объёмы золота. Китай, Индия, Польша, Турция — все наращивают запасы. Спрос на металл как на «тихую гавань» растёт на фоне геополитических штормов. Так что предложение России появилось не на пустом месте — оно отвечает реальной потребности.

Что мешает проекту прямо сейчас

Главная проблема — политическая. БРИКС — это не НАТО и не ЕС. Это клуб стран с разными интересами, иногда конфликтующими. Индия и Китай — соперники в Азии. Саудовская Аравия и Иран — исторические противники. Убедить их доверить свои резервы общей площадке — задача со звёздочкой.

И вот тут моё личное наблюдение. Недавно я читал отчёт одного западного банка о перспективах дедолларизации. Так вот, аналитики пришли к выводу: процесс идёт, но медленнее, чем кажется. Доля доллара в мировых резервах снижается — да, но с 70% до 58% за двадцать лет. Это не обвал, это эрозия. Поэтому любые проекты вроде золотого хранилища БРИКС — это не революция, а постепенное строительство параллельной инфраструктуры. И в этом смысле они важны, даже если не заработают в полную силу завтра.

Показательно, что единую валюту БРИКС никто не вводит. Путин в декабре 2025-го прямо сказал: «сейчас нет такой цели». Вместо этого — расчёты в нацвалютах и соединение платёжных систем. То есть блок движется прагматично, шаг за шагом. Хранилище золота — один из таких шагов.

В чём реальная выгода для России

Если проект состоится, Москва получает не просто склад для металла, а финансовый узел. Это рабочие места, это технологический престиж, это рычаг влияния. Но главное — символический капитал. Россия становится гарантом безопасности для чужих резервов. Это статус, который не купишь за деньги.

Американский экономист Джеффри Сакс недавно заявил, что доллар может быть свергнут с пьедестала. Возможно, он преувеличивает. Но тренд очевиден: страны ищут альтернативы. Золото — самая старая из них. И тот, кто предложит надёжное место для его хранения, окажется в выигрыше.

Риски тоже очевидны: санкции, давление на партнёров, саботаж со стороны Запада. Но если БРИКС действительно хочет многополярности, такие проекты — необходимая проверка на прочность. Либо блок строит свои институты, либо остаётся дискуссионным клубом.

Мой вывод простой. Идея сырая, но своевременная. Её ценность не в немедленной реализации, а в постановке вопроса. Пока БРИКС обсуждает общее хранилище, он учится договариваться о сложных вещах. А это и есть фундамент любой реальной финансовой архитектуры. Будет ли золото лежать в России? Не знаю. Но то, что мир больше не хочет полагаться только на Лондон и Нью-Йорк, — факт. И это уже немало.