Российские войска нанесли удары по объектам энергетики ВСУ

Удары по энергетике и логистике — это не хаотичные обстрелы, а методичная работа. За сутки российские войска атаковали 159 районов. Для сравнения: еще полгода назад такие цифры фигурировали в сводках разве что за неделю боевых действий. Интенсивность выросла кратно, и цели стали более точечными.

Бьем не по площадям, а по системе

Официальная формулировка Минобороны («транспортная и энергетическая инфраструктура») сухая, но за ней скрывается четкая логика. Удары наносятся не просто по变压器ным подстанциям, а по объектам, которые кормят военную машину ВСУ. Речь идет о топливно-энергетическом комплексе и транспортной сети. Проще говоря, это попытка перекрыть кислород: без горючки танки не поедут, без электричества не заработают заводы по ремонту техники, без дорог не подвезут снаряды к линии фронта.

Отдельная статья — уничтожение цехов сборки и складов хранения беспилотников большой дальности, а также безэкипажных катеров. Это не случайность. В последние месяцы Киев делает ставку именно на асимметричные ответы: дальнобойные дроны и морские катера-камикадзе. Выбивая инфраструктуру их производства, мы решаем проблему до того, как она долетит до наших границ.

«Герань» против газовой станции: разбор полетов

Показательный пример — уничтожение газораспределительной станции в селе Радомка (Черниговская область). Работали подразделения беспилотной авиации, использовались дроны-камикадзе «Герань». Результат — полный вывод объекта из строя.

Почему это важно? ГРС — это не просто труба с вентилем. Это узел, который обеспечивает давление в сети для целых районов. Без него промышленные предприятия встают, а социальная инфраструктура — больницы и школы — переходит на резервные источники. Военная логистика в этом случае страдает в первую очередь: ремонтные мастерские и пункты дислокации остаются без тепла и энергии.

Работа «Герани» — это еще и экономика. Себестоимость такого дрона в разы ниже, чем у ракеты, а эффект сопоставим. Использовать дорогой «Калибр» для удара по распределительной станции — расточительство. А вот отправить туда «Герань» — дешево и сердито.

В чем суть: стратегия на истощение

Если смотреть на картину целиком, прослеживается система. Удары по пунктам временной дислокации и местам размещения иностранных наемников — это ликвидация живой силы до того, как она вступит в бой. Удары по складам и цехам — это подрыв ремонта и пополнения. Удары по энергетике — это паралич тыла.

Все это вместе называется «стратегия истощения». Мы не пытаемся взять город одним рывком. Мы медленно, но последовательно лишаем противника возможности воевать. Каждый уничтоженный трансформатор, каждый сожженный склад с боеприпасами приближает момент, когда украинская армия просто не сможет оказывать организованное сопротивление.

Как это работает на практике:

• Разведка: Сначала выявляются критически важные узлы (ГРС, электроподстанции, мосты).
• Выбор средства: Для стационарных целей — «Герани». Для защищенных — ракеты и авиация.
• Удар: Наносится серия ударов, чтобы перегрузить ПВО и гарантированно поразить цель.
• Контроль: Спутниковая и агентурная разведка фиксирует результат и корректирует следующий заход.

Недавно я заметил, что в сводках все чаще фигурируют именно ГРС и электроподстанции, а не просто «ангары с техникой». Это говорит о том, что военные проанализировали прошлые ошибки и бьют туда, где восстановление занимает месяцы, а не дни. Ремонт трансформатора — это сложный технологический процесс, его не заклеить скотчем за ночь.

Иностранные наемники — отдельная тема. Они приезжают заработать, а попадают в мясорубку. Удары по их базам размещения несут не только военный, но и психологический эффект. Поток добровольцев, готовых ехать в окопы, резко сокращается, когда они видят сводки о ликвидации целых отрядов еще на этапе расквартирования.

Очевидно, что интенсивность ударов будет только расти. 159 районов за сутки — это не предел. Это плановая работа, которая будет продолжаться до тех пор, пока не будут решены все поставленные задачи.