Финские подводные лодки в войнах. «Зимняя война» 1939-1940 гг.

Финские подводные лодки — это, пожалуй, единственный род войск той войны, который не оправдал надежд своего командования. И дело даже не в героизме экипажей. Просто флот — это техника, а техника требует подготовки и смелости в равной степени. Финны сделали ставку на мины и осторожность. Итог: одна потопленная немецкая посудина и ни одной торпеды, выпущенной по врагу. Давайте разберемся, почему так вышло.

Мал золотник, да дорог? Скорее, наоборот

На бумаге финский подводный флот выглядел внушительно. Пять лодок: три океанских «Ветехинен» водоизмещением около 500 тонн, малютка «Саукко» для действий в шхерах и «Весикко» — прототип знаменитых немецких «каноэ» Type II. Вся эта армада базировалась на Хельсинки и имела плавбазу. Звучит солидно. Но была одна проблема.

Финны не воевали. Они патрулировали. За всю войну финские ПЛ совершили всего 12 боевых походов. Для сравнения, советские подводники только за декабрь 1939-го сделали больше выходов. Финское командование поставило задачу: атаковать только крупные боевые корабли, а с транспортами работать по Лондонскому протоколу 1936 года. То есть, всплыть, предупредить, дать время экипажу покинуть судно. В условиях ледяной Балтики это требование превращало подводную лодку в мишень.

Охота на «Ермака»: триллер, которого не было

Самая яркая страница — охота на легендарный ледокол «Ермак». Финны понимали: если этот монстр придет на Балтику, советский флот получит зимнюю мобильность. 4 декабря «Ветехинен» вышла на перехват. 7 декабря она обнаружила цель в пяти милях от Лиепаи. И... не смогла атаковать из-за плохой видимости. Ледокол ушел к причалу, а финская лодка ушла в базу.

Самое забавное произошло раньше. 5 декабря «Ветехинен» в надводном положении заметила советская «Щ-324» под командованием капитан-лейтенанта Коняева. Командир «щуки» решил, что перед ним своя «С-1», и не атаковал. А когда через четыре дня Коняев понял ошибку и попытался догнать финку, торпеда не вышла из аппарата из-за неправильной подготовки. Вот вам и «превосходство советской школы». Учебные стрельбы сжатым воздухом сделали свое черное дело — в боевых условиях механизм дал сбой.

Минная война: единственный успех

Единственным реальным результатом стали минные постановки. 27 декабря «Весихииси» выставила 19 мин у Палдиски. 1 января «Ветехинен» — 20 мин у мыса Юминда. На этих минах 11 января подорвался и затонул немецкий пароход «Дитрих Хассельдинк» водоизмещением аж 138 тонн. Смешно? Да. Но это была единственная подтвержденная победа финских подводников.

Немецкий историк Ю. Майстер утверждает, что на финских минах погибло еще несколько немецких и эстонских судов. Но документальных подтверждений этому нет. Скорее всего, это миф. Финны сами признавали: активные действия прекратили к середине января. Лодки встали на ремонт из-за поломок и льда, а их 76-мм орудия сняли для усиления ПВО Турку.

Личное наблюдение автора

Недавно я перечитывал рапорты командиров советских подлодок за декабрь 1939-го. Поразила деталь: наши лодки постоянно обнаруживали финские перископы, но финны ни разу не атаковали. Почему? Думаю, дело не в трусости. Просто экипажи не были готовы к реальной войне. Они учились действовать в идеальных условиях, а тут — обледенение, шхеры, плохая видимость. Техника отказывала, люди терялись. Знакомо, не правда ли? В любом деле, от спорта до бизнеса, первое боевое крещение всегда выявляет слабые места тренировок.

В чем суть

Финская подводная война — это история о том, как осторожность и нерешительность убивают эффективность. У финнов были неплохие лодки, опытные экипажи и, главное, — свобода действий. Но они выбрали стратегию «сидеть и ждать». Вместо активной охоты на коммуникации — пассивное патрулирование. Вместо торпед — мины, которые опасны для всех, кроме военных кораблей.

Советская сторона тоже не блеснула. Атака на «Ветехинен» — это провал разведки и подготовки. Но у СССР было количественное преимущество, которое компенсировало ошибки. У Финляндии — нет.

Итог простой. Война на море — это не только техника, но и психология. Финские подводники не были готовы умирать за каждую торпеду. Они хотели вернуться в базу. И это, пожалуй, самое честное признание того, что «Зимняя война» для финского флота закончилась еще до того, как началась по-настоящему.