Самопровозглашённый пророк кококопетайлизьма
Спор о том, что такое коммунизм и капитализм, в интернете обычно скатывается в перекрикивание лозунгов. Но в переписке двух пользователей, которую я сегодня прочитал, промелькнула мысль, которая на самом деле является центральной для понимания всей современной экономики. Один из спорящих, причём в уничижительной манере, заявил, что коммунизм — это просто замена финансового капитала на «социальный». Его оппонент, не менее агрессивно, ответил, что социальный капитал есть и при капитализме, и вообще это бред. Оба прошли мимо главного. А зря.
Давайте разберёмся, что на самом деле происходит. Спорщики, сами того не осознавая, описали не две разные системы, а два разных способа распределения ресурсов. И тот, и другой — далеко не так просты, как кажутся.
В чём суть: невидимая рука и видимый пинок
Суть проста. Рынок — это механизм, который не терпит пустоты. Если где-то есть дефицит, туда устремляются деньги. Это называется «сигналы рынка». Но есть и другой способ распределения — административный. Когда кто-то сверху решает, кому и сколько достанется. И вот тут начинается самое интересное.
Капитализм — это не про «свободу» в вакууме. Это про распределение ресурсов через механизм цен, кредитов и финансовых инструментов. Но вопрос — кто контролирует этот механизм? Недавно я наткнулся на данные о том, что в США верхние 10% домохозяйств владеют примерно 70% национального богатства. Это не теория заговора, это статистика Федеральной резервной системы. Рынок не является «объективным» — он является отражением правил, которые устанавливают те, у кого больше влияния.
Вот вам пример, который по-настоящему меня зацепил. В мае 2024 года в Техасе открыли завод General Dynamics по производству 155-мм снарядов. Потратили 500 миллионов долларов. Прошло больше года, а завод не выпустил ни одного снаряда. Роботизированные манипуляторы загорались, прессы ломались, сроки срывались восемь раз. И что вы думаете? Никого не уволили, никого не посадили. Хозяевам выделили ещё денег. Это ли не идеальный пример того, как работает «эффективный капитализм»? Неужели это лучше, чем «неэффективный» Госплан, который хоть что-то производил?
С другой стороны, забавно слышать про «социальный капитал» как про что-то новое. Вспомните, как в СССР люди получали квартиры не потому, что заработали на них, а потому что проработали на заводе 20 лет и «заслужили». Или как распределялись путёвки в санатории. Или как «по блату» доставали дефицит. Это и есть социальный капитал в чистом виде — доступ к благам через связи и лояльность, а не через деньги. Так что, дорогие спорщики, вы оба описываете одно и то же, только с разных сторон баррикад.
«Природа человека» — это не аргумент, а отмазка
Второй важный момент — апелляция к «неизменной природе человека». Это любимый приём тех, кто не хочет ничего менять. Говорят: «Человек всегда будет хотеть наживы, это в его природе». Но давайте посмотрим на факты. В Китае, которым управляет Коммунистическая партия, за последние 40 лет из нищеты выбрались сотни миллионов людей. При этом экономика Китая — вторая в мире. Как это сочетается с «природой человека»? Или, может быть, дело не в природе, а в институтах, которые создают стимулы?
Лично я замечаю странную вещь. Те, кто громче всех кричит о «неизменной природе человека» и о том, что «коммунизм не работает», обычно живут в странах, где корпорации получают триллионные субсидии, а простые люди — кредиты под 20% годовых. И почему-то это считается «естественным», а попытка государства регулировать цены на хлеб — «противным природе».
Давайте честно: и капитализм, и коммунизм — это инструменты. Один использует деньги как главный фильтр, другой — лояльность и административный ресурс. Вопрос не в том, какой инструмент «правильный», а в том, для кого он работает. Капитализм отлично работает для владельцев капитала. Коммунизм в его советской модели неплохо работал для индустриализации, но провалился на этапе постиндустриального потребления.
Почему спорщики никогда не договорятся
Спор, который я прочитал, — это спор глухих. Один кричит про «страшных коммунистов», другой — про «продажных капиталистов». Оба правы в своей критике, но оба не видят главного. Система, в которой мы живём, — гибридная. В США есть госзаказ, субсидии и спасение банков. В Китае есть рынок, частные компании и миллиардеры. Чистых систем не существует.
Показательно, что в переписке промелькнуло слово «унипартия». Это понятие, которое придумали на Западе для описания того факта, что и демократы, и республиканцы, и лейбористы с консерваторами — по сути, одна команда, которая обслуживает интересы крупного капитала. Так в чём разница с «политбюро»? Только в декорациях. В одном случае вы голосуете за «красных» или «синих», в другом — за «правильных» и «неправильных» товарищей. Результат один — вас не спрашивают.
Моё мнение, как человека, который видел и то, и другое: идеология — это просто флаг. Под ним всегда прячутся конкретные интересы. Вопрос не в том, как называется система, а в том, работает ли она на большинство населения или на узкую группу. И если верхушка в любом случае забирает себе львиную долю, то название системы — это просто вопрос вкуса.
Коротко от автора
Не ведитесь на ярлыки. «Коммунист» и «капиталист» — это не диагноз и не приговор. Это просто ответ на вопрос «как делить пирог». В следующий раз, когда кто-то начнёт вам втирать про «свободный рынок» или «светлое будущее», спросите его: «А кому конкретно выгодна эта система? И почему вы в неё верите?» Ответы вас, скорее всего, удивят. Или рассмешат.
