Лантратова помогла вернуть бойца СВО с передовой после гибели двух его братьев

Бумажная волокита способна сломать даже тех, кто привык смотреть в лицо смерти. История, о которой рассказала уполномоченный по правам человека Яна Лантратова, — это не просто отчет о работе чиновников. Это срез нашей бюрократической реальности, где закон есть, но работает он со скрипом.

Суть конфликта проста до безобразия. У военнослужащего из Астраханской области один за другим погибли два родных брата. Оба — при исполнении. По действующим нормам Минобороны, боец, потерявший близких родственников, имеет право вернуться с передовой в пункт постоянной дислокации. Но документы «зависли». Знакомо, правда? Когда всё решается быстро только под давлением или после громкой огласки.

Почему система буксует

В чем здесь корень зла? Не в отсутствии закона, а в механизме его исполнения. Формально норма существует. Но чтобы ею воспользоваться, нужно собрать ворох справок, подтвердить степень родства, факт гибели и так далее. В условиях боевых действий это — невыполнимая миссия. Бойцу не до бумаг, а его командиры, вероятно, просто не знают всех тонкостей делопроизводства. Личное наблюдение автора: я замечал, что в нашей стране льгота работает только тогда, когда заявитель проявляет чудеса настойчивости или привлекает тяжелую артиллерию в виде омбудсмена или прессы. Иначе — тихий саботаж.

Вмешательство Лантратовой сработало. Минобороны ускорило процесс, и мужчина вернется домой. Но давайте честно: это не победа системы, это победа отдельного человека над системой. Сколько таких историй остаются нерешенными? Десятки? Сотни?

Цифры и факты: было/стало

Посмотрим на ситуацию шире. Президент еще в прошлом году призвал сделать так, чтобы семьи бойцов «постоянно чувствовали поддержку». Однако на практике мы видим точечные решения. Вот конкретика:

• Было: боец после гибели двух братьев остается на передовой, так как его рапорт «не согласован».
• Стало: после звонка уполномоченного процедура ускорена, боец едет в пункт постоянной дислокации.
• Вывод: без внешнего давления механизм дает сбой.

Как это работает на самом деле

Алгоритм для тех, кто попал в похожую ситуацию, выглядит так. Первое — писать рапорт сразу, не дожидаясь «милости». Второе — дублировать обращение в региональное отделение аппарата омбудсмена. Третье — если ответа нет более недели, подключать СМИ. Это не панацея, но это работает. Молчание здесь — худший советчик. Государство не всеведуще, ему нужно указывать на проблемы.

Мое мнение здесь будет жестким. Трагедия в семье — это не повод для бюрократических проволочек, это основание для немедленного решения. Тот факт, что военнослужащему пришлось идти к правозащитникам, чтобы получить то, что ему положено по закону, — тревожный звонок. Если бы не реакция Лантратовой, сколько бы еще этот человек ждал? Неделю? Месяц?

История закончилась хорошо. Боец вернется к родным. Но осадок остается. Мы слишком часто надеемся на «авось» и добрых людей в погонах, а не на четкую работу инструкций. Пока чиновники не начнут бояться ответственности за задержки в таких делах, мы будем читать подобные новости снова и снова. Хочется верить, что следующий раз будет без героических усилий омбудсмена, а по умолчанию.