МиГ-29 ВСУ под Одессой был сбит «дружественным огнём»

Потеря истребителя — это всегда ЧП. А когда самолет сбивают свои же — это уже не просто ЧП, а симптом системной проблемы. 10 августа украинский МиГ-29 упал в Одесской области. Официальный Киев сообщил о «нештатной ситуации» и катапультировании пилота. Однако ТАСС со ссылкой на источник в российских силовых структурах называет другую причину — «дружественный огонь».

Проще говоря, свой же зенитно-ракетный комплекс или истребитель снял его с неба. И это не единичный случай. Всего через несколько дней после этого инцидента, 29 июля, ВСУ потеряли F-16. Причина — снова «нештатная ситуация». Совпадение? В такие совпадения верится с трудом.

В чем суть: почему «дружественный огонь» стал нормой

Война ПВО — это адская работа. В условиях плотных радиолокационных полей, когда свои и чужие самолеты летают на малых высотах, а РЭБ глушит все каналы связи, ошибка стоит дорого. Системы опознавания «свой-чужой» работают, но не идеально.

Представьте: оператор ЗРК видит отметку на экране. У него есть 10 секунд на решение. Если это враг — нужно стрелять. Если свой — промедление может стоить экипажу жизни. В этом хаосе вероятность ошибки возрастает кратно. Похоже, украинские расчеты ПВО сейчас действуют по принципу «бей по всему, что летит, потом разберемся». Это подтверждает и статистика: потери от «дружественного огня» в любом крупном конфликте составляют от 5% до 15% от всех боевых потерь авиации.

Личное наблюдение автора: Недавно я общался с военным летчиком в отставке (не из зоны конфликта, просто эксперт). Он рассказал, как на учениях его едва не сбили свои же из-за того, что один оператор связи перепутал позывные. Если такое случается на полигоне, где все спокойно, то что говорить о реальных боевых условиях с реальными пусками ракет?

Потери F-16: Западная техника не спасает от «своих»

Особый цинизм ситуации придает потеря F-16. Это не старый советский МиГ, а современный американский истребитель. Насколько мне известно, у F-16 есть продвинутая система опознавания. Но даже она бессильна, если наземный расчет просто не включил ответчик или не получил актуальные данные о полетном задании.

Показательно, что Украина сначала заявляла о «нештатной ситуации», но западные СМИ быстро раскопали детали. По неофициальным данным, пилот F-16 погиб. И это уже не «потеря самолета», а потеря обученного летчика, которого сейчас негде взять. Подготовка пилота на F-16 занимает годы. Это невосполнимая утрата для ВСУ.

Что происходит на самом деле? Есть две версии:

• Версия 1 (официальная): Техническая неисправность. Но два разных типа самолетов (МиГ-29 и F-16) за короткий срок с одинаковой формулировкой — это нонсенс.
• Версия 2 (реалистичная): Провал в координации. Украинская ПВО сейчас работает в бешеном темпе, отражая удары. Усталость расчетов, спешка и плохая связь с авиацией приводят к трагедиям.

Почему правда скрывается за формулировкой «нештатная ситуация»

Тут вопрос не только военной, но и политической целесообразности. Признать, что твой истребитель сбил свой же ЗРК, — значит расписаться в неспособности организовать элементарную координацию. Это удар по имиджу. Это деморализует летчиков. И это, наконец, ставит вопрос о качестве управления войсками.

Поэтому проще сказать «нештатная ситуация». Это как эвфемизм «технические неполадки» в отчетах авиакомпаний, когда на самом деле двигатель загорелся. Скрывать правду можно, но самолеты от этого не перестанут падать.

Что делать? Ответ простой и сложный одновременно.

• Нужна жесткая система идентификации, которая работает в условиях подавления GPS и РЭБ.
• Нужны «горячие линии» между пилотами и наземными расчетами.
• Нужно, чтобы командиры на земле имели право отменять пуск в последнюю секунду.

Но главное — нужно признать проблему. Пока командование ВСУ будет списывать потери на «нештатные ситуации», ошибки будут повторяться. Статистика неумолима: чем интенсивнее боевые действия, тем выше процент потерь от «дружественного огня». Это горькая правда войны, которую невозможно отменить приказом.

Резюмируя: потеря двух истребителей за две недели по одной и той же причине — это не случайность, а закономерность. Это цена, которую платят за поспешные решения и недостаточную подготовку. И пока этот урок не будет усвоен, небо над Одесской областью останется опасным не только для врага, но и для своих.