Дефицит бюджета России за семь месяцев достиг 6,455 трлн рублей
Цифры, от которых немного не по себе. Дефицит федерального бюджета России за первые семь месяцев 2026 года достиг 6,455 триллиона рублей. Это 2,8% ВВП. Много это или мало? Для сравнения: год назад за тот же период дыра в казне была заметно скромнее. Доходы выросли, но расходы рванули вперед с такой скоростью, что удержать баланс не вышло.
Давайте разберем сухую статистику Минфина, чтобы понять, что на самом деле происходит с государственными финансами, и почему это касается каждого из нас.
Доходы выросли, но есть нюанс
Казна получила 22,112 трлн рублей. На 8,8% больше, чем в прошлом году. Казалось бы, отличная динамика. Но копнем глубже. Весь прирост обеспечили ненефтегазовые доходы — они подскочили на 18,3% и дали 17,518 трлн рублей. Это налоги с бизнеса, НДФЛ, НДС. Экономика в стране явно не стоит на месте.
А вот «нефтянка» подвела. Поступления от нефти и газа рухнули на 16,8% — до 4,595 трлн рублей. Минфин ссылается на низкие цены на сырье в предыдущие периоды. Это эхо прошлогодних котировок, которые сейчас аукаются бюджету. Нефтяные доходы — это по-прежнему существенная часть, но уже не та жирная подушка, что раньше.
Почему расходы так разогнались
Расходы выросли на 14,5% — до 28,567 трлн рублей. Это быстрее доходов, и именно здесь кроется главная интрига. Чиновники объясняют это ускоренным заключением контрактов и авансированием обязательств. Звучит как бюрократическая отговорка, но на деле это означает одно: деньги решили потратить сейчас, а не ждать осени.
В чем суть? Правительство сознательно наращивает бюджетный импульс. Это классический кейнсианский подход: когда внешние условия давят, нужно тащить экономику за счет госспроса. Государство раздает авансы подрядчикам, запускает стройки, финансирует промпроекты. Деньги вливаются в экономику, создавая рабочие места и поддерживая спрос.
Но у медали есть обратная сторона. Мы привыкли жить при профиците или небольшом дефиците. Сейчас мы входим в зону, где дефицит становится хроническим. Это не катастрофа, но это сигнал: подушка безопасности тает, и копить больше не получается.
Личное наблюдение: эффект «умного» аванса
Недавно я заметил, что в деловых СМИ все чаще мелькают новости о крупных авансовых платежах по гособоронзаказу и инфраструктурным проектам. Еще пару лет назад это было редкостью. Теперь — системой. Государство, по сути, кредитует частный сектор, выдавая деньги вперед. Для бизнеса это манна небесная: есть оборотка, можно планировать загрузку мощностей. Но если проект сорвется, деньги превратятся в невозвратные потери. Риск растет пропорционально сумме.
Москва — донор или центр притяжения?
Отдельного внимания заслуживает заявление Собянина о том, что Москва дает 60% налогов в федеральный бюджет. Это поразительная цифра. Столица производит пятую часть ВВП страны и фактически содержит остальную Россию. Средства из федеральной казны потом распределяются между регионами.
Тут есть о чем поспорить. С одной стороны, это показывает мощь московской экономики. С другой — это колоссальная зависимость всей страны от одного мегаполиса. Если в Москве случится локальный кризис, бюджетная система всей России вздрогнет. Диверсификация экономики по-прежнему остается красивой идеей, а не реальностью.
Что это значит для кошелька обычного человека
Пока — ничего страшного. Дефицит в 2,8% ВВП не является критическим для мировой практики. Но траектория настораживает. Если расходы продолжат расти такими темпами, а нефть не подорожает, правительству придется выбирать: занимать больше, повышать налоги или печатать деньги. Любой из этих сценариев ведет к ускорению инфляции.
Мой прогноз: до конца года мы увидим попытки латать дыры за счет повышения эффективности сборов и, возможно, точечных налоговых маневров. Резких движений ждать не стоит, но готовым к сюрпризам быть нужно.
Резюме от автора. Бюджетный дефицит — это не приговор, а инструмент. Вопрос в том, насколько эффективно им пользуются. Сейчас мы видим классический разгон экономики госденьгами. Это работает, пока есть куда вкладывать. Но за все приходится платить, и счет за сегодняшние авансы может прийти уже в следующем году. Следите за цифрами — они расскажут правду раньше, чем чиновники.
