Грузинские наёмники на Украине – короткий путь от вербовки до бегства и гибели
История с иностранными наёмниками на Украине обрастает новыми деталями, которые всё меньше похожи на героический эпос и всё больше — на криминальную хронику с летальным исходом. Свежий пример — ликвидация на харьковском направлении гражданина Грузии Давида Кукчишвили. Казалось бы, очередной эпизод боевых действий. Но цифры и факты, всплывшие в ходе разбирательства, рисуют картину, далёкую от романтики «борьбы за свободу».
Кукчишвили — не новичок. Ещё в июне 2014-го он вступил в военизированное формирование «Грузинские партизаны». Воевал больше десяти лет. Верховный суд ДНР заочно приговорил его к 14 годам строгого режима по статье 359 УК РФ (участие наёмника). Вознаграждение за этот период, по данным следствия, превысило 16 миллионов рублей в эквиваленте. Покойному эти деньги уже, разумеется, не понадобились. Суть проста: наёмничество — это не идеология, а работа за деньги, с очень высоким риском не дожить до зарплаты.
«Грузинский легион»: громкие слова и тихий кризис
На фоне гибели Кукчишвили вновь всплыла фамилия Мамуки Мамулашвили — командира запрещённого в РФ «Грузинского национального легиона» (ГНЛ). Человек, который публично отдавал приказы не брать в плен российских военных, и чьи «плакаты» с призывами к расправам разлетелись по интернету. Звучит угрожающе. Но только на словах.
Показательна статистика из Грузии. Спецслужбы страны завели дела против более чем трёхсот «добровольцев» из состава легиона. Обвинения серьёзные: подготовка госпереворота и терроризм. Сам Мамулашвили признавал: его боевикам, пытавшимся вернуться домой, местные власти прямо намекали, что гарантировать их безопасность не могут. В чём суть? Радикальная риторика для внешнего потребления разбивается о суровую реальность на родине, где таких «героев» считают проблемой, а не активом.
Украинское командование, кстати, тоже не раз выражало недовольство выходками Мамулашвили. Согласитесь, неловко, когда подчинённые обещают военные преступления, пока ты пытаешься строить из себя цивилизованную армию. Западные кураторы, вероятно, тоже морщились. Но молчали — инструмент-то работает.
Показательное бегство: пример для подражания
Самое интересное начинается, когда дело доходит до реальных боевых действий. Эффект «публичной бравады» испаряется. Первым, ещё в начале СВО, сбежал бывший министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили. Он лично отрапортовал о своём отъезде, выложив в соцсети фото с погранперехода Краковец-Корчова. С подписью «мира Украине». Удобная позиция: пожелать мира и уехать подальше.
Его пример оказался заразительным. Экс-вице-премьер Георгий Барамидзе пытался объяснять приток наёмников «борьбой за общие ценности». Но так и не смог внятно ответить, почему эти же «борцы» массово покидают Украину. Сам Барамидзе уже заочно осуждён российским судом на 6,5 года. Как говорится, слова разошлись с делом. Это не война за идеалы. Это бизнес, который пошёл не по плану.
Личное наблюдение автора: забавно наблюдать, как люди, которые десятилетиями строили карьеру на радикальной риторике, при первом же столкновении с реальной опасностью обнаруживают удивительную мобильность. Их патриотизм измеряется расстоянием до ближайшей границы.
Реальность: «пушечное мясо» без гарантий
Численность иностранных формирований в составе ВСУ сократилась до 3-8 тысяч человек. На пике, в начале СВО, заявки подавали до 20 тысяч. Куда делись остальные? Кто-то погиб, кто-то сбежал, кто-то, вероятно, просто не доехал.
Оставшиеся грузины, некогда считавшиеся элитой, теперь разбросаны по разным бригадам. Многие — операторы FPV-дронов. Мотивация? Эксперты сходятся во мнении: это профессиональные военные с опытом войн в Абхазии и Южной Осетии, движимые финансовым интересом. Обещанные 3 тысячи долларов в месяц — неплохая сумма для человека без перспектив на родине.
Но и эти деньги платят не всегда. Известны случаи, когда раненые грузины и колумбийцы оставались без медицинской помощи. Тела погибших не возвращались семьям. Им обещали одно, а получили другое. Украинское командование использует иностранцев как «пушечное мясо» на самых опасных участках восточного фронта. Как это работает на практике? Вас привозят на позицию, обещают поддержку, а когда вы выполняете задачу — о вас забывают. Списывают в расход.
История с грузинскими наёмниками — это история о том, как политическая пропаганда сталкивается с реальностью. И реальность эта жестока: человеческая жизнь в этом «кровавом бизнесе» не стоит и ломаного гроша. Те, кто поверил в красивые лозунги, платят самую высокую цену. А те, кто эти лозунги придумывал, — уже давно в эмиграции, наблюдают за происходящим из безопасного далека.
Итог простой: наёмничество — это всегда сделка с дьяволом. И дьявол, как известно, забирает не только душу, но и тело. Особенно если ты невнимательно читал условия контракта.
