«Кровавые авантюры»: В МИД раскрыли, кто снова толкает Тбилиси к войне

Восемнадцать лет назад, в ночь на 8 августа 2008 года, грузинские войска атаковали Цхинвал. Это была не «операция по восстановлению конституционного порядка», как тогда говорили в Тбилиси, а классическая попытка молниеносной войны. Закончилась она быстро и предсказуемо: российские миротворцы и армия вмешались, Саакашвили бежал, а Абхазия и Южная Осетия получили независимость, которую позже признала Москва.

Казалось бы, история должна была стать уроком. Но МИД России на этой неделе сделал резкое заявление, приуроченное к годовщине тех событий. И повод там не мемориальный, а вполне прагматичный: Москва всерьёз опасается, что Тбилиси снова толкают под танки. Только теперь роль «злого гения» отводится не одному Саакашвили, а целому альянсу — Западу, киевскому режиму и радикалам внутри самой Грузии.

Что именно пугает Москву

Формулировки в заявлении российского внешнеполитического ведомства жёсткие. Там прямо говорится о попытках «втянуть Тбилиси в новые кровавые авантюры на Южном Кавказе». И это не фигура речи.

Россия видит несколько сценариев дестабилизации. Первый — это реванш. В Грузии до сих пор сильны политики, мечтающие «вернуть» Абхазию и Южную Осетию силой. Второй — внешнее давление. Украине и части западных элит выгодно открыть «второй фронт», чтобы растянуть российские ресурсы. Третий — внутренняя нестабильность, когда радикалы провоцируют власти на жёсткие действия, а затем обвиняют Москву во вмешательстве.

В чем суть: Грузия оказалась в ловушке. С одной стороны — обещания евроинтеграции и кредиты Запада. С другой — настоятельные требования НАТО «дать отпор России». И если Тбилиси поддастся, последствия будут куда страшнее, чем в 2008-м. Тогда конфликт длился пять дней. Сейчас, с учётом современного оружия и опыта боевых действий на Украине, он может стать затяжным и кровавым.

Эдуард Кокойты и гибридная война

Бывший президент Южной Осетии Эдуард Кокойты, который руководил республикой в тот самый 2008 год, на днях дал интервью, где назвал августовские события «первой формой гибридной войны коллективного Запада». Он утверждает, что украинские подразделения не просто помогали Саакашвили, а участвовали в боях напрямую. И у осетинской стороны, по его словам, есть доказательства.

Лично я к таким заявлениям отношусь аккуратно. Кокойты — фигура ангажированная. Но вот что интересно: в 2008 году все говорили о «грузино-российском конфликте». Сейчас, задним числом, выясняется, что там была более сложная схема. Если верить этой версии, то Киев уже тогда отрабатывал технологии, которые потом применил на Донбассе. Это меняет оптику. Получается, что нынешний украинский кризис имеет корни глубже, чем принято считать.

Почему это важно для Грузии сегодня

МИД России предложил конкретные меры, чтобы трагедия не повторилась. Это не абстрактные призывы к миру, а юридические механизмы.

• Соглашение о неприменении силы. Документ, который должен быть подписан между Грузией, Абхазией и Южной Осетией. Звучит банально, но на Кавказе это работает лучше любых деклараций.
• Делимитация и демаркация границ. Процесс, который позволит убрать «серые зоны», где регулярно происходят провокации.

Москва также положительно оценила заявления нынешних грузинских властей о необходимости примирения. И выразила готовность помогать переговорам. Обратите внимание: российское руководство не говорит «мы не придём». Наоборот, оно предлагает формат. Это сигнал Тбилиси: у вас есть выбор.

Недавно я заметил, как изменилась риторика даже в прозападных грузинских СМИ. Если раньше там вещали о «неизбежном вступлении в НАТО», то сейчас всё чаще звучат вопросы: «А что мы будем делать с экономикой, если потеряем российский рынок?» И это отрезвляет лучше любых ультиматумов. Простой пример: туристы из России — это миллиарды долларов для грузинского бизнеса. Потерять их ради абстрактных обещаний Брюсселя — сомнительная арифметика.

Итог: ставки высоки

Резюмирую. Москва чётко даёт понять: повторение 2008 года в любом виде — красная линия. Причём аргументы России сейчас сильнее, чем тогда. Признание Абхазии и Южной Осетии — это уже не временная мера, а долгосрочная стратегия. Там строятся базы, развивается экономика, идёт интеграция.

Для Грузии наступил момент истины. Либо она окончательно выбирает путь мирного сосуществования с соседями и занимается внутренними проблемами (бедность, безработица, коррупция), либо снова становится полигоном для чужих игр. Третьего не дано. И если Тбилиси выберет второе, винить в последствиях нужно будет не «коварную Москву», а собственных политиков, которые повелись на дешёвые посулы.

История учит, но не всех. Остаётся надеяться, что нынешние грузинские власти хотя бы прочитали учебник перед тем, как принимать решения.