Трамп обвинил нефтяные компании США в сверхприбыли на фоне конфликта с Ираном

Глава Белого дома впервые за долгое время публично наехал на нефтяников. Не на ОПЕК, не на Россию или Венесуэлу, а на своих, доморощенных гигантов Chevron и ExxonMobil. Причина банальна до скрежета зубов — жадность. Трамп потребовал снизить цены на топливо, пригрозив, что после урегулирования с Ираном котировки и так рухнут, и тогда нефтяники останутся с носом.

Это не просто очередной пиар-ход. Это сигнал о том, что Белый дом начинает душить курицу, несущую золотые яйца. Посмотрим, что стоит за этим демаршем и чего ждать водителям на заправках.

В чем суть претензий Трампа?

Суть проста: американские нефтяные мейджоры заработали на волатильности последних месяцев рекордные прибыли. Пока администрация США пыталась урегулировать конфликт в Ормузском проливе, компании подняли маржу. Трамп публично заявил, что это перебор. Он назвал заработки «чрезмерными» и потребовал от Chevron и ExxonMobil «сбавить обороты» уже сейчас, а не после иранской развязки.

Обратите внимание на контекст. Президент не говорит о налоговых льготах или субсидиях. Он давит на публичную репутацию. Это классический приём: выставить бизнес виноватым в бедах простого обывателя. Цель — переложить стрелку с внешней политики на внутренних «олигархов», которые якобы наживаются на кризисе.

Иранский фактор и дата 4 августа

Самая интересная деталь — конкретика. Трамп заявил, что судоходство в Ормузском проливе могут полноценно возобновить уже к 4 августа. Это не «когда-нибудь потом», а жесткий дедлайн. Он назвал это «первым этапом урегулирования». По сути, президент США гарантирует рынку скорое падение цен на сырье.

Логика простая: нет блокады — нет паники. Нет паники — нет спекулятивной премии в барреле. Если Белый дом действительно продавит этот срок, мы увидим коррекцию на 10–15% за неделю. Но есть нюанс: Иран не подписывал никаких публичных документов. Слова Трампа — это скорее давление на Тегеран и собственный рынок одновременно.

Что это значит для кошелька

Для рядового американца и, кстати, для всего мира это значит следующее: бензин может подешеветь. Но не сразу. Нефтяные компании — не благотворительные организации. Они будут снижать цены ровно настолько, насколько им позволит конкуренция и политическое давление.

Как это работает на практике:

• Трамп создает медийный фон, чтобы сбить спекулятивный спрос на фьючерсы.
• Chevron и ExxonMobil делают вид, что прислушиваются, и анонсируют «социальные программы» или небольшие скидки.
• Мировые цены на нефть ползут вниз из-за новостного фона, даже без реального изменения поставок.

Недавно я заметил странную закономерность: как только политики начинают кричать о «чрезмерной прибыли» нефтяников, акции этих компаний растут еще сильнее. Инвесторы понимают, что крик — это максимум, на что способен регулятор. Реальных механизмов ограничения цен в США нет. Это не Европа с ее налогами на сверхприбыль.

Скептицизма добавляет история. Трамп уже требовал от ОПЕК снизить цены в 2018 году. Результат? Через полгода цены взлетели до $85 за баррель. Слова президента — это индикатор настроения, но не инструмент рынка.

Мое мнение: требование Трампа — это попытка выиграть время и очки перед выборами. Реальная разрядка с Ираном — процесс на месяцы. Даже если судоходство возобновят, логистика и страховки вернутся к норме не раньше осени. Так что снижение цен на топливо в США в краткосрочной перспективе будет минимальным — в пределах 3–5%, чтобы создать иллюзию контроля.

Если вы ждали обвала цен на бензин — не обольщайтесь. Следите за реальными действиями, а не за словами с трибуны. А пока нефтяники делают вид, что слушаются, а Трамп делает вид, что управляет ситуацией. Классика жанра.