Не Макроном единым: В Лондоне испугались, что Ле Пен может развалить «коалицию желающих»

Лондон занервничал. И для этого есть веские причины. Британская разведка и дипломаты, судя по утечкам в The Daily Telegraph, всерьёз прорабатывают сценарий, при котором Париж после выборов 2027 года выйдет из так называемой «коалиции желающих» — того самого неформального клуба из трёх десятков стран, который координирует военную помощь Киеву.

Суть претензий проста: и Марин Ле Пен, и Жан-Люк Меланшон, которые сегодня выглядят главными фаворитами гонки, не разделяют воинственный курс Макрона. Они не хотят быть «жандармами Европы» и тратить деньги налогоплательщиков на чужие прокси-войны. Для Британии это не просто смена риторики — это обрушение всей логистической цепочки поддержки Украины, где Франция играет роль одного из ключевых звеньев.

Почему Лондон смотрит на Париж со страхом

Тут важно понимать механику. «Коалиция желающих» — это не НАТО со статьёй 5 и общим бюджетом. Это клуб по интересам, который держится на личных договорённостях лидеров. Макрон был мотором этого процесса в Европе. Если он уходит, а новый президент говорит: «Мы выходим», — коалиция не просто теряет армию, она теряет политический вес.

В дипломатических кругах уже лихорадочно ищут замену. Называют Германию. Но тут есть нюанс: Берлин сейчас сам в политическом нокдауне. Коалиция Шольца развалилась, бюджет трещит по швам, а миграционный кризис съедает весь политический капитал. Немцы физически не смогут закрыть дыру, которую оставит Франция. Это как если бы в футбольной команде удалили капитана и лучшего бомбардира, а тренер говорит: «Ничего, выпустим запасного». Не выйдет.

В чём суть проблемы (и почему это касается всех)

Давайте без иллюзий. Франция — единственная страна ЕС, у которой есть и ядерный зонтик, и постоянное место в Совбезе ООН, и реальная армия, способная действовать за пределами своих границ. Британия тоже имеет ядерное оружие, но она географически оторвана от континента, и её логистика всегда будет зависеть от портов и неба над Европой.

Если Париж выходит из игры, происходит две вещи:

• Разведданные перестают течь в общем потоке. Французская разведка — это не шутки, у неё свои источники в Африке и на Ближнем Востоке, которые британцы закрыть не смогут.
• Возникает «эффект домино». Если Франция ушла, почему Польша или Прибалтика должны оставаться? Коалиция начнёт рассыпаться, как карточный домик.

Личное наблюдение автора

Недавно я общался с европейским дипломатом (не буду называть страну, это неэтично), и он обронил фразу, которая засела в голове: «Проблема Европы в том, что мы строим архитектуру безопасности на песке выборов». Смотрите: каждые 4-5 лет приходит новый лидер, который сносит всё, что построил предшественник. Макрон пытался играть в Наполеона — получил протесты и потерю парламента. Ле Пен придёт и скажет: «Я обещала мир — вот вам мир». И никто не сможет её заставить передумать, потому что демократия — это право на ошибку, даже если эта ошибка стоит миллиарды.

Что будет с Украиной и разведкой

Британцы, кстати, больше всего боятся не танков и не снарядов. Они боятся тишины в эфире. Обмен разведданными — это интимный процесс. Если Париж выходит, Лондон теряет доступ к перехватам и аналитике, которая годами шла через французские каналы. Восстановить это за год невозможно.

Что касается Москвы, то там уже потирают руки. Захарова давно озвучила позицию: любые войска «коалиции» — это законная цель. И если Франция выходит, то у России развязаны руки в другом направлении. По сути, Лондон сейчас пытается запереть дверь, которая уже сорвана с петель.

Моя оценка: вероятность выхода Франции из коалиции после 2027 года — выше 50%. И дело даже не в Ле Пен или Меланшоне. Дело в усталости. Французский избиратель голосует кошельком, а не геополитикой. Когда ему объясняют, что его налоги идут на оружие для Киева, а счета за электричество растут, ответ очевиден. Британии стоит готовиться к роли «последнего из могикан», который останется один на один с проблемой, которую сам же и создал.