Ozon не наблюдает серьёзных перебоев в работе из-за ситуации с топливом
Пока страна обсуждает бензиновый кризис и ищет виноватых, Ozon тихо отчитывается: «У нас всё под контролем». В свежем отчёте по МСФО маркетплейс признаёт, что топливная лихорадка существует, но уверяет — на их складах и колёсах она не сказалась. Звучит красиво. Но давайте копнём глубже, потому что дьявол, как всегда, в деталях.
Цифры, которые успокаивают, или тишина перед бурей?
Ситуация в стране действительно патовая. Вице-премьер Новак разводит руками: логистика сломалась, предложение не поспевает за спросом. Правительство вводит запрет на экспорт бензина, раздаёт налоговые плюшки импортёрам и производителям. А Ozon в это время спокойно заявляет: «Существенных перебоев нет». И это при том, что транспорт — это кровеносная система любого маркетплейса. Без топлива замирают грузовики, а без грузовиков — доставка.
Я недавно лично наблюдал, как на одной из сортировочных линий в Подмосковье водители фур обсуждали, где «урвать» солярку по вменяемой цене, пока их машины ждут разгрузки. Это было в июле, в самый пик. И вот теперь официальный отчёт рисует иную картину. Либо у Ozon действительно идеальная логистика с долгосрочными контрактами на топливо, либо они просто пока не чувствуют удара, который придёт с задержкой в пару месяцев.
В чём суть стратегии выживания
Секрет относительного спокойствия Ozon кроется не в магии, а в диверсификации. Компания не делает ставку на один вид доставки. У них есть собственная сеть фур, но огромный пласт перевозок закрывают сторонние подрядчики. Именно они, мелкие и средние перевозчики, первыми ощущают рост цен на топливо. Они поднимают тарифы, и через квартал это всё равно прилетит в отчётность маркетплейса.
Более того, Ozon всё активнее давит на дарксторы и пункты выдачи. Это позволяет держать товары ближе к покупателю и сокращать «последнюю милю». Зачем гонять фуру через полстраны, если можно заранее распределить товар по регионам? Это и есть главная страховка от топливных катаклизмов. Но это работает только для ходовых позиций. Крупногабарит или редкий ассортимент всё равно едут издалека.
Ещё одна хитрость — оптимизация маршрутов. Со стороны кажется, что это просто, но на деле это сложные алгоритмы. Система считает не только километры, но и пробки, и стоимость топлива на конкретных заправках, и загрузку машины. В моменты кризиса такая математика позволяет экономить до 10–15% на логистике. Это не спасёт от тотального дефицита, но даёт фору.
Почему не стоит верить отчётам на 100%
Здесь есть важный нюанс. Отчёт по МСФО — это документ для акционеров. Задача такого документа — показать стабильность и привлекательность компании. Никто в здравом уме не напишет в официальном пресс-релизе: «Мы в жопе, топлива нет, доставка встала». Вместо этого пишут красиво: «Мы не наблюдаем существенных перебоев». Формулировка «не существенных» — это же не «отсутствуют». Это означает, что перебои есть, но компания считает их терпимыми.
Вспомните, как в пандемию все ритейлеры рапортовали о «стабильных поставках», пока полки в магазинах пустели. Сейчас та же история, только с бензином. К тому же, эффект от запрета экспорта топлива — это палка о двух концах. Да, внутренний рынок получит больше бензина. Но заводы могут начать сокращать переработку из-за затоваривания складов, и через месяц мы получим уже не дефицит, а рост цен на нефтехимию. А это удар по всей упаковке и производству товаров, которые продаёт Ozon.
Что это значит для нас с вами
Если вы заказываете на маркетплейсах, готовьтесь к тому, что цены на доставку поползут вверх. Не сразу, но ползут. Логистические издержки никуда не исчезают, и их закладывают в стоимость товара. Сейчас Ozon держит удар за счёт своей маржи, но долго так продолжаться не может. Либо они будут оптимизировать за счёт продавцов (поднимать комиссии), либо за счёт покупателей (поднимать цены).
Мой вам совет: если планируете крупные покупки к сезону — не откладывайте. Топливный кризис имеет накопительный эффект. То, что сегодня кажется мелочью, через пару месяцев выльется в ощутимый рост ценника на витрине. А пока Ozon держится молодцом, но в этой игре выигрывает не тот, кто быстрее бежит, а тот, у кого длиннее дистанция.
