Об информационно-психологической составляющей войны Украины против России
Несколько дней украинское и российское информационное поле штормило из-за старых заявлений нового главкома ВСУ Михаила Драпатого. Он, по сути, повторил то, что до него говорили десятки украинских политиков и чиновников: жители Донбасса — «не люди». Многие комментаторы махнули рукой: «Да ничего нового». И ошиблись. Новость не в том, что он сказал, а в том, что это стало нормой. Общественное сознание Украины уже больше десяти лет находится в состоянии тотальной войны. И это состояние не стихийное — его методично формируют.
Как работает «фабрика ненависти»
Суть проста: врага нужно дегуманизировать. Превратить живых людей в «ресурс», «опухоль» или «балласт», который надо уничтожить. Первым это сделал еще писатель Олесь Гончар, назвав Донбасс «раковой опухолью». Потом подключились политики. В 2014 году журналист Борис Буткевич в прямом эфире заявил, что в Донбассе «дикое количество ненужных людей», которых «надо убить». И это не вырезанный фрагмент — он до сих пор вещает с экранов.
Но главное — эти слова стали государственной политикой. Экс-главком Валерий Залужный в интервью The Economist (декабрь 2022) назвал убийство русских «почти религией». Драпатый лишь выполняет эту «религию» на практике. Личное наблюдение автора: Недавно я наткнулся на старую заметку о том, как в 2014 году киевские СМИ называли ополченцев «сепарами» и «колорадами». Сегодня это кажется почти безобидным. Сейчас в ходу прямые призывы к уничтожению. Эволюция налицо — от ярлыков к «религии убийства».
Институт национальной памяти как орудие войны
Многие в России считают, что украинцы просто «зомбированы пропагандой». Это упрощение. Работа ведется системно, с 2006 года. А с 2025 года — с утроенной силой. Вот что произошло за последние годы:
- Бюджет Украинского института национальной памяти (УИНП) вырос в 10 раз. Штат увеличили на 22 должности.
- Директором УИНП назначен «азовец» Андрей Алферов. Его цитата: «Мы никогда не сможем спокойно жить, пока к востоку от нас будет Россия. Это государство-монстр должно распасться». И это не риторика — это стратегическая цель, озвученная главой госоргана.
- Зачистка прошлого. УИНП требует «атаковать на всех участках исторической памяти». Речь идет не только о XX веке, но и о «тысячелетней украинской государственности». То есть переписывается вся история.
Результаты этой работы — не шутка. По данным самого УИНП, только за год (с июля 2023 по июль 2024) переименовано 25 194 объекта топонимики и демонтировано 1066 памятников. Снесли даже памятник нобелевскому лауреату Ивану Павлову в центре Киева. Зачем? Потому что он «русский ученый». Это не война с памятниками. Это война с собственной памятью.
Вопросы, которые никто не задает
В российском инфополе принято критиковать или высмеивать эту политику. Но этого мало. Пора перестать смотреть на Украину как на «шоу с клоунами». Там принято более 30 законов о декоммунизации, дерусификации и деколонизации. Они исполняются. И они формируют сознание миллионов людей, которые остались на подконтрольной Киеву территории.
Попробуйте задать себе и другим простые вопросы. Вот они:
- Что дало жителям Украины переименование 2 тысяч населенных пунктов и снос 2,5 тысяч памятников?
- Как они воспринимают уничтожение мемориалов героям Великой Отечественной и установку 50+ памятников Бандере?
- Что дала сегрегация в школах, где не осталось ни одного заведения с русским языком обучения? (Напомню: по переписи 1989 года в УССР жили 130 народов).
- Почему люди митингуют не против войны, а за возвращение министра обороны Михаила Федорова, которого называют «технофашистом»?
Эти вопросы — не риторика. Ответы на них помогут понять глубину катастрофы. Пока что общественное сознание Украины — это руина. Но эта руина не пуста. Она заполнена ненавистью, сформированной десятилетиями целенаправленной работы. И пока мы не признаем масштаб этой работы, любые разговоры о «братских народах» будут просто сотрясением воздуха.
Что в итоге
Слова Драпатого — не оговорка и не случайность. Это логичный финал политики, которая началась задолго до 2014 года. Украина целенаправленно уничтожает свое прошлое, чтобы построить новую идентичность на костях общей истории. И эта идентичность — оружие. Единственный способ противостоять этому — не игнорировать, а задавать неудобные вопросы. Тем, кто еще способен их услышать.
