Аракчи призвал ЕС и ООН отреагировать на атаку на иранское судно в Каспии

Каспийское море, которое еще недавно воспринималось как зона относительной стабильности и даже «озеро дружбы» прикаспийских государств, внезапно стало ареной громкого инцидента. Иран заявил об атаке на свое торговое судно. И требует ответа не от кого-нибудь, а от Совбеза ООН и Евросоюза. Ситуация выходит за рамки обычной морской ссоры — это звонок для всей системы международной безопасности.

Что произошло на самом деле?

Формальная картина такова: глава МИД Ирана Аббас Аракчи позвонил европейскому дипломату Кае Каллас и потребовал, чтобы ООН и ЕС дали оценку атаке на иранский торговый флот в Каспии. Он настаивает на привлечении к ответственности не только исполнителей, но и тех, кто их поддерживает. Звучит весомо.

Но есть нюанс. Иран уже вызвал украинского дипломата, обвинив Киев в нарушении международного права. Тегеран предупредил о возможных ответных действиях. То есть виновный, по версии Ирана, найден. Зачем же тогда подключать Брюссель и Нью-Йорк? Ответ прост: Тегерану нужен не просто справедливый суд, а политическая легитимация своего права на ответный удар. Если ЕС и ООН «осудят», Иран получает карт-бланш.

В чем суть: Почему Каспий — это не просто вода

Каспий — уникальная акватория. Это озеро, но по международным нормам к нему применяются правила морского права с оговорками. Вот ключевые моменты, которые делают этот инцидент взрывоопасным:

• Неопределенный статус. До сих пор нет окончательного размежевания дна между пятью странами (Россия, Иран, Казахстан, Туркмения, Азербайджан). Любая атака — это провокация с риском задеть чужие интересы.
• Военный фактор. В Каспии базируется Каспийская флотилия России. Иран проводит там свои учения. Появление беспилотников или мин создает угрозу для всех.
• Торговый путь. Через Каспий идет часть маршрута «Север-Юг». Атака на торговое судно — удар по логистике, которая должна была стать альтернативой Суэцу.

Я недавно заметил странную вещь: многие эксперты до сих пор считают Каспий «тихой гаванью». Но реальность такова, что именно здесь сейчас пересекаются интересы всех глобальных игроков. Иран использует этот инцидент как тест: насколько далеко он может зайти в своей жесткой риторике, не получив отпора от Москвы и Брюсселя одновременно.

Игра в одни ворота?

Аракчи и Каллас обсудили также ситуацию в Персидском заливе и Ормузском проливе. Это не случайно. Иран связывает эти два региона в единую дугу напряженности. Логика Тегерана: «Вы беспокоитесь об Ормузе? Тогда дайте нам спокойно разобраться с обидчиком в Каспии».

Мое мнение здесь категорично: Евросоюз попал в ловушку. Каллас, скорее всего, выразит «озабоченность» и призовет к сдержанности. Но это уже не работает. Иран не просит о посредничестве — он требует вердикта. Если ЕС откажется давать оценку, Тегеран скажет: «Вы покрываете террористов». Если осудит — даст зеленый свет ответным ударам. Европа оказывается перед выбором: либо потерять лицо, либо стать соучастником эскалации.

Резюме от автора

Не ждите, что ООН соберет экстренное заседание и вынесет резолюцию. Совет Безопасности парализован правом вето. ЕС тоже вряд ли рискнет ссориться с Украиной и одновременно злить Иран. Самое вероятное развитие — это затягивание дипломатической переписки, на фоне которого Иран нанесет точечный, но болезненный удар по тому, кого считает виновным. Каспий перестал быть озером мира. Теперь это еще один фронт гибридной войны. И точка невозврата, похоже, уже пройдена.