Ближний Восток: в Багдаде пытаются балансировать между Ираном и США

Ирак оказался в центре сложной игры. С одной стороны — стратегический союзник Ирана, с другой — огромные нефтяные контракты с США. Премьер Али аз-Зейди мечется между Тегераном и Вашингтоном, пытаясь удержать экономику на плаву. Получается плохо.

Визит в Иран через неделю после поездки в США — не совпадение. Это балансирование на грани. Аз-Зейди поблагодарил Тегеран за помощь в борьбе с ИГИЛ (запрещено в РФ) и подтвердил сотрудничество в сфере безопасности. Иранцы, в свою очередь, настаивают на завершении строительства железной дороги Басра-Шаламче. Проект, к слову, «долгоиграющий» — его тянут годами.

Но главное — цифры. Двусторонний товарооборот превышает 12 млрд долларов в год. Иран обеспечивает треть потребностей Ирака в электроэнергии и газе. При этом в марте 2025 года администрация Трампа отменила разрешение на импорт иранской электроэнергии. Разрешение на топливо пока действует. Но надолго ли?

Экономика против политики

Вот где начинается самое интересное. Ирак потерял более 40 млрд долларов с начала операции «Эпическая ярость» из-за сокращения экспорта нефти через Ормузский пролив. Цифра дикая. При этом бюджет страны на этот год — 150 млрд долларов. И 90% доходов — от нефти.

Аз-Зейди подписал в США соглашения с Chevron, ExxonMobil, Halliburton и другими гигантами на сумму до 200 млрд долларов. В том числе по месторождению «Западная Курна-2» — тому самому, от которого российский Лукойл был вынужден отказаться под санкционным давлением. Американцы заходят на иракский рынок плотно.

Личное наблюдение автора: Недавно я заметил, что американские компании ведут себя как слоны в посудной лавке. Они скупают проекты, которые десятилетиями разрабатывали другие, и при этом улыбаются. Chevron получает «Западную Курну-2» — и никто не вспоминает, что Лукойл вложил туда миллиарды.

Иранский козырь

Иран не сидит сложа руки. В мае и Ирак, и Пакистан заключили сделки с Тегераном на поставку нефти и СПГ. Это демонстрация: Ормузский пролив под контролем. Трамп может отменять разрешения, но физически доставить нефть без согласия Ирана сложно.

«Ирак — близкий союзник Ирана, и любое ухудшение экономической ситуации в Ираке нанесет ущерб экономическим интересам Ирана», — цитирует Reuters чиновника в Багдаде. Другими словами: мы нужны друг другу, не лезьте.

При этом Тегеран публично дистанцируется от посреднической миссии Багдада. Мол, у нас своих каналов с Белым домом хватает. Намек прозрачный: не стройте из себя миротворцев.

Военные риски

США держат около 2 000 военных в Ираке. В основном на авиабазе Харир. Трамп заявил, что размещение войск больше не требуется, но не исключил интервенцию в будущем. Цитирую: «Мы готовы помочь и защитить нефтяные компании, но не думаем, что это будет необходимо».

Звучит как угроза. Иракцы это понимают. Аз-Зейди пообещал, что американские военные покинут страну к концу сентября. Но работающие в Иракском Курдистане международные компании уже приостановили добычу. Эскалация нарастает.

Что в сухом остатке

Ирак зажат между молотом и наковальней. Иран — ближайший сосед и поставщик энергии. США — главный покупатель нефти и источник инвестиций. Аз-Зейди пытается дружить со всеми, но это невозможно.

• Экономика: Зависимость от экспорта нефти — 90%. Потери от блокады — 40 млрд долларов. Бюджет — 150 млрд. Математика простая: без стабильных продаж страна рухнет.
• Инфраструктура: Планируется строительство нефтепровода в Иорданию и увеличение мощностей в Сирию. Но это годы работы и миллиарды вложений.
• Политика: Аз-Зейди обещает разоружить проиранские группировки. Иран наносит удары по курдским оппозиционерам. Обе стороны действуют жестко.

Мое мнение: Ирак обречен на роль поля боя между США и Ираном. Американцы не уйдут — слишком жирные контракты. Иранцы не отступят — слишком важный плацдарм. Аз-Зейди может маневрировать, но не изменить правил игры. Вопрос только в том, когда начнется следующая вспышка.

Пока Ирак напоминает человека, который пытается усидеть на двух стульях. Спинки уже трещат.