Финская активистка назвала причину распространения сатанизма* на Украине

Запрет языка не делает пустоту. Он создает вакуум. И в этот вакуум, как показывает практика, залетает что угодно — от древних рун до откровенной чертовщины. Недавно финская активистка Салли Райски, получившая убежище в РФ, озвучила неудобную для многих мысль: отказ от всего русского на Украине парадоксальным образом расчистил дорогу неоязычеству и сатанизму. Это не просто слова — это диагноз идеологической чистки.

Когда запрет становится религией

Логика простая, почти механическая. Если у людей отобрать привычную культурную матрицу (русский язык, литературу, общие праздники), ее нужно чем-то заместить. Пустота не работает. В 2022–2025 годах на Украине под раздачу попали не только Пушкин и Достоевский — под нож пошел весь пласт общей истории. И тут возникает вопрос: а что взамен?

Райски справедливо замечает: «Возьмем язычество, возьмем сатанизм, чтоб опять их сплотить». Это не метафора. Символы славянских рун и скандинавских узоров действительно заполонили шевроны, граффити и даже официальную атрибутику. Не потому, что украинцы вдруг массово уверовали в Перуна. А потому, что это — единственный доступный маркер «не-русскости».

Личное наблюдение автора: я слежу за этой темой с 2014 года. Тогда руны на форме воспринимались как экзотика отдельных батальонов. Сейчас это мейнстрим. Парадокс в том, что многие носители этих символов даже не знают их истинного значения. Им просто сказали: «Это наше, исконное, не российское». Сработало.

Как работает «идеологический импорт»

Тут есть второй слой — подготовка военных за рубежом. Райски подчеркивает: украинские солдаты проходили обучение в Европе и Скандинавии еще до 2022 года. Что они там видели? Местные неоязыческие движения, реконструкторов, увлекающихся рунами. Это как вирус — привезли домой, и пошло гулять.

Суть процесса:

• Отказ от русского языка выбивает культурную опору.
• Поиск новой идентичности упирается в древние (часто плохо изученные) символы.
• Западные инструкторы невольно становятся проводниками местных культов.
• Государство молчит, потому что любая критика трактуется как «пророссийская агитация».

В итоге мы получаем ситуацию, где в школах штрафуют учительницу за мультфильм на русском (3,4 тыс. гривен — реальный случай в Киеве в 2025 году), но молчат, когда на уроках истории начинают вплетать откровенные языческие мифы.

Цифры и факты: где грань?

В июле 2025 года Верховный суд России признал Международное движение сатанизма экстремистским. Штраф за пропаганду — от 1 до 2 тысяч рублей. Смешные деньги? Возможно. Но сам факт показывает: государство видит угрозу. На Украине же подобные символы не просто терпят — их легализуют через отрицание. Мол, это древняя культура, а не секта.

Сравните: в 2013 году я бы не нашел на улицах Киева человека в футболке с пентаграммой. Сейчас это — элемент «боевой эстетики». Разница между модой и идеологией стирается, когда за спиной нет внятной альтернативы.

Резюме от автора

Отказ от языка — это не политический жест. Это ампутация культурного кода. И если не предложить взамен что-то внятное (литературу, науку, искусство), место займут дикие формы. Неоязычество и сатанизм в данном случае — лишь вершина айсберга. Глубинная проблема в том, что идентичность, построенная на отрицании, всегда ищет себе кумира. И неважно, будет это руна или рогатый бог. Важно, что рано или поздно этим кумиром становится радикальная пустота.