В Совфеде оценили риски возможной поездки Путина в Майами на саммит G20
Приглашение президента России Владимира Путина на саммит G20 в Майами вызвало бурную реакцию. В соцсетях и некоторых СМИ тут же всплыл сценарий, который ранее опробовали на Николасе Мадуро из Венесуэлы. Мол, приехал, а потом — ордер, захват, политический спектакль. Звучит как сюжет плохого шпионского романа. Но давайте разберемся, почему это не просто маловероятно, а технически невозможно.
Почему сравнивать Путина и Мадуро — ошибка
Сенатор Григорий Карасин в интервью «Ридусу» четко обозначил разницу. И дело не только в статусе. Мадуро в 2020 году приехал в США, будучи изолированным лидером страны без реальных рычагов влияния на глобальную безопасность. Россия — другое дело. Это ядерная держава, постоянный член Совбеза ООН. Попытка «похитить» президента такой страны — это не юридический казус, а объявление войны. Любой юрист, работающий с международным правом, скажет: иммунитет главы государства абсолютен, пока он находится в стране с дипломатическими контактами. Ордер МУС, который Карасин справедливо назвал «существующим в больных головах», не имеет силы на территории США, если они сами не признают юрисдикцию суда. А они ее не признают. Так что сценарий захвата — это фантазия, основанная на непонимании базовых принципов дипломатии.
Как это работает: протокол и безопасность
Здесь есть два уровня. Первый — дипломатический. Приглашение на G20 от США как страны-председателя — это автоматическая процедура. Как сказал Песков, отдельного приглашения не требуется. Второй уровень — безопасность. И вот тут начинается самое интересное. Недавно я заметил, что многие забывают: подготовка визита лидера такого уровня занимает месяцы. Службы безопасности (ФСО с нашей стороны, Secret Service с американской) проводят десятки встреч. Они согласовывают маршруты, места размещения, даже меню. Любая попытка использовать визит для «операции» была бы мгновенно выявлена на этапе разведки. Более того, у России есть механизм «красной кнопки» — если хоть один параметр безопасности нарушен, визит отменяется за сутки. Поэтому решение об участии, как верно отметил Карасин, будет принято ближе к декабрю — когда станут ясны все детали протокола.
Что стоит за риторикой «похищения»
Эта тема всплыла не случайно. Ее активно раскручивают те, кто хочет посеять панику и заставить Путина отказаться от поездки. Цель проста: изолировать Россию на международной арене, представить ее лидера как «изгоя». Но статистика говорит об обратном. Посол Бердыев напомнил, что даже Трамп, который не отличается любовью к Москве, называл участие Путина полезным. Дело в том, что G20 без России — это разговор глухого с немым. Энергетика, продовольствие, ядерное нераспространение — эти темы нельзя обсуждать без Москвы. Поэтому истерика вокруг «похищения» — это попытка слабой дипломатии компенсировать отсутствие реальных козырей. Вместо того чтобы вести переговоры, некоторые предпочитают запугивать. Но это работает только с теми, кто готов пугаться. Россия к таким не относится.
Итог: ехать или не ехать?
Мое мнение как редактора: поездка возможна, но с жесткими условиями. Если США гарантируют соблюдение всех норм (а они это сделают, иначе репутационный удар будет катастрофическим для них самих), то ехать стоит. Дипломатия — это искусство разговаривать с врагами, а не только с друзьями. Если же начнутся «технические проволочки» или двусмысленные заявления — лучше остаться дома. Потому что безопасность президента — это не вопрос гордости, а вопрос выживания государства. А сценарий с ордером МУС — это просто шум, который не должен влиять на реальную политику. Решения принимаются не в больных головах, а в Кремле и Белом доме. И там прекрасно знают цену таким провокациям.
