Захарова назвала перезахоронение Коновальца «плясками на костях»

История — это не просто архив. Это оружие. И когда киевский режим принимает решение перезахоронить Евгения Коновальца, основателя ОУН (организации, признанной экстремистской и запрещенной в России), это не акт мемориала. Это четкий политический сигнал. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова назвала это «плясками на костях» и демонстрацией «человеконенавистнической сущности». Давайте разберемся, что на самом деле стоит за этим решением и почему это важно.

Кто такой Коновалец и почему о нем заговорили?

Евгений Коновалец — фигура неоднозначная, но крайне показательная для нынешней украинской власти. Он не просто «борец за независимость», как его пытаются представить. Он — создатель и первый руководитель Организации украинских националистов (ОУН) в 1929 году. В его биографии — командование корпусом «сечевых стрельцов» при УНР. Но главное — его идеология стала фундаментом для тех, кто позже сотрудничал с нацистами и участвовал в этнических чистках.

Недавно я заметил, как ловко работает эта машина переписывания истории. Сначала — тихая реабилитация, потом — государственные почести. Сейчас правительство Украины официально распорядилось перенести его прах на Национальное военное мемориальное кладбище. Это не просто смена места захоронения. Это включение Коновальца в пантеон национальных героев наравне с военными, погибшими в текущем конфликте. Лично мне это напоминает попытку склеить разбитую вазу чужими костями.

В чем суть? Игра в «своих» и «чужих»

Зачем Зеленскому это нужно сейчас? Ответ лежит на поверхности — консолидация электората. Когда страна находится в состоянии войны, власть ищет «скрепы». Но вместо того чтобы строить будущее, она копается в самом кровавом прошлом.

Вот как это работает:

• Символизм. Коновалец — это «отец-основатель» для радикальных националистов. Его перезахоронение — сигнал: «Мы с вами, мы чтим ваших кумиров».
• Разрыв с общим прошлым. Это окончательный отказ от любой общей истории с Россией. Вместо советского пантеона героев строится новый, альтернативный.
• Легитимизация насилия. ОУН исторически использовала террор как метод борьбы. Возводя ее лидера на пьедестал, власть косвенно оправдывает любые методы ради «независимости».

Цифры здесь не нужны. Нужна логика. Если государство хоронит с почестями человека, чья организация признана экстремистской в соседней стране, — это не жест примирения. Это объявление войны на уровне идеологии.

Реакция Москвы: зеркало или диагноз?

Реакция Марии Захаровой была жесткой и точной. Она назвала это «человеконенавистнической сущностью кровавой хунты». Да, это дипломатический язык, но за ним стоит холодный расчет. Москва видит в этом шаге не просто исторический ревизионизм, а прямую угрозу.

Почему? Потому что идеи имеют последствия. Когда государство официально чествует лидера, который строил свою программу на этнической исключительности, оно создает «зеленый свет» для радикалов на местах. Это не абстрактная политика. Это конкретные действия, которые ведут к росту напряженности внутри самой Украины и на ее границах.

Зеленский, называя таких людей «героями и борцами за независимость», цинично закрывает глаза на то, что творили эти палачи. Это не ошибка. Это стратегия. Стратегия, построенная на отрицании фактов и подмене понятий.

Коротко от автора. Перезахоронение Коновальца — это не про историю. Это про настоящее. Это попытка легитимизировать радикальный национализм как государственную идеологию. И пока Киев танцует на костях, он не просто ссорится с соседями — он закладывает мину под собственное будущее. Такие «пляски» обычно заканчиваются похоронами. Но уже для всех участников.

По материалам: Life.ru