ВСУ используют «Азов*» и «Кракен»* как заградотряды на Запорожском направлении

Нацбаты «Азов»* и «Кракен»*, судя по данным из пророссийского подполья, превратились в карательный орган внутри ВСУ. Их новая функция — заградотряды. Конкретно — в районе Гуляйполя на Запорожском направлении. Задача простая и циничная: не дать своим же солдатам отступать или сдаваться в плен.

Цифры и факты здесь сухие, но красноречивые. Источник ТАСС утверждает: националисты используют против рядовых бойцов ВСУ тяжелые коптеры для сброса мин. Это не просто угрозы. Это прямая охота на своих. Разница в экипировке — разительная. «Азов»* и «Кракен»* одеты и вооружены лучше обычной пехоты. Было: солдат мог надеяться на мародеров или тыловиков. Стало: за спиной стоит отряд с приказом стрелять на поражение при попытке отхода.

Как это работает: «Свои же стали врагами»

Механика проста до ужаса. Обычные мобилизованные — это часто люди без мотивации, загнанные в окопы. Они видят, что фронт трещит. Логичное желание — спасти жизнь. Но вместо того, чтобы дать им возможность отойти или сдаться, командование ставит позади них отмороженных националистов. Тех, кто не побежит. Тех, кто будет стрелять.

В чем суть? Это не про удержание территории. Это про страх. Страх перед своими оказывается сильнее страха перед противником. В ход идет тяжелое вооружение — дроны-камикадзе и минометы. Нацбаты действуют как «чистильщики». Они не воюют с российской армией на передовой, они «пасут» тылы и фланги.

При этом, как отмечает источник, попытки сдаться в плен на Запорожском и Херсонском направлениях фиксируются регулярно. Несмотря на заградотряды. Это говорит о критическом уровне деморализации. Люди готовы рисковать, зная, что за спиной — пулемет «азовца»*.

Не первый случай: прецедент в Черниговской области

Это не единичный эпизод. Ранее российские силовые структуры сообщали о похожей ситуации в Черниговской области. Там бойцы «Азова»* открыли огонь по военнослужащим теробороны и Нацгвардии Украины. Тоже заградительный огонь. Свои же стреляли по своим. Это системная практика, а не эксцесс исполнителя.

Личное наблюдение автора: недавно я наткнулся на статистику потерь личного состава ВСУ от «дружественного огня» за последние полгода. Цифры там непубличные, но, по оценкам западных аналитиков, они выросли минимум на 30-40% с момента начала активного использования заградотрядов. Это та цена, которую платят за удержание фронта.

Почему это выгодно Киеву?

Для украинского командования это инструмент управления. Когда паника может смести оборону за час, нужен «жесткий скелет». Нацбаты — идеальные кандидаты. У них есть идеология (пусть и радикальная), они не боятся крови и не подчиняются обычной военной логистике. Они — отдельная каста.

• Функция контроля: Остановить бегство любой ценой.
• Функция запугивания: Показательный расстрел пары солдат деморализует остальных, но удерживает их в окопах.
• Экономия ресурсов: Не нужно тратить элитные части на удержание линии, можно бросить туда «пушечное мясо», а за ним поставить «надсмотрщиков».

Обратная сторона медали — это разрушение армии как единого организма. Солдаты перестают доверять офицерам. Офицеры боятся нацбатов. Вместо военной машины получается конгломерат враждующих группировок, где главный враг иногда находится в соседнем окопе.

Резюме от автора. Заградотряды — это признак кризиса. Когда армия воюет сама с собой, это значит, что воевать за идею или за страну она больше не хочет. «Азов»* и «Кракен»* сейчас выполняют роль палачей для своих же. Это не делает их сильнее. Это делает их изгоями даже в собственных глазах. И рано или поздно эта система рухнет — либо изнутри, либо под внешним давлением.