США начали новую серию ударов по Ирану по приказу Трампа
Новая серия ударов Армии США по Ирану — это не просто очередная вспышка насилия на Ближнем Востоке. Это демонстрация новой доктрины Вашингтона: бить не громко, а наверняка, и желательно так, чтобы противник не мог ответить симметрично. Разберёмся, что на самом деле произошло и почему это важно.
Удар «по расписанию»: что изменилось за сутки?
В субботу вечером, в 17:00 по восточному побережью США (это 00:00 мск 13 июля), Центральное командование США (CENTCOM) объявило о старте новой волны атак. Формальная причина — «снижение возможностей Ирана атаковать гражданских моряков и коммерческие суда в Ормузском проливе». Звучит сухо, но за этим стоит конкретика.
Иранские СМИ уже сообщили о более чем 10 взрывах на южном побережье, в районе городов Бендер-Аббас и Сирик. Это ключевые точки — там расположены военно-морские базы и береговые ракетные комплексы. Удар пришёлся не «по площадям», а по конкретным объектам, которые мешают судоходству.
Важный нюанс: это не первый и не последний удар. За предыдущие три ночи американцы отчитались о выводе из строя 300 целей. 300 целей — это не 300 ракетных установок. Это комплексная работа: радары, пункты управления, склады боеприпасов. То есть система ПВО и береговой обороны Ирана целенаправленно «ослепляется» и «обезглавливается».
Как это работает: стратегия «тысячи порезов»
Раньше Америка наносила массированные удары, которые должны были сломить волю противника за одну ночь. Сейчас тактика иная. Она напоминает работу точечного хирургического инструмента, а не кувалды.
В чём суть: Каждую ночь уничтожается определённое количество целей. Противник не знает, где будет следующий удар, и вынужден рассредоточивать силы. Одновременно с этим идёт обеспечение безопасности коммерческих судов. Цифры CENTCOM говорят сами за себя: с мая обеспечен безопасный проход 800 нефтяных судов общим объёмом 400 миллионов баррелей. Это колоссальный объём — почти половина суточной мировой добычи нефти.
Прямая выгода: Каждый баррель, который доходит до покупателя, — это деньги в кармане американских нефтяных компаний и стабильность мировых цен. Иран, пытаясь блокировать пролив, бьёт по собственному карману, но ещё сильнее — по карманам своих главных покупателей (Китай и Турция).
Мнение автора: почему Иран не может ответить «на сто процентов»
Иран в ответ наносит удары по американским базам в регионе. Но это, скорее, жест отчаяния. Подумайте сами: США бьют по военной инфраструктуре, а Иран отвечает по базам, где сидят американские солдаты. Казалось бы, логично. Но на практике ответные удары Ирана — это, как правило, дешёвые дроны и неточные ракеты. Они вызывают шум, но не наносят критического урона. Американские системы ПВО сбивают 90% таких атак.
Недавно я заметил, что в новостях почти не говорят о потерях среди американских военных. Потому что их нет. А вот Иран теряет дорогостоящие ракетные комплексы и, что важнее, подготовленных операторов. Это война на истощение, где одна сторона (США) может позволить себе тратить 10 долларов на снаряд, чтобы уничтожить иранскую цель стоимостью в 1 миллион долларов. Иран так не может.
Что будет дальше: три сценария
Ситуация развивается по одному из трёх путей. Пока мы видим первый.
- Сценарий 1 (текущий): «Холодная война на море». Удары продолжаются, суда ходят, Иран огрызается, но не рискует вступать в полномасштабную войну. Это выгодно США, так как не требует наземной операции.
- Сценарий 2: «Иран перекрывает пролив». Рискованный шаг, который вызовет мировой нефтяной кризис. Цена барреля взлетит до 150 долларов за сутки. Но это будет означать прямую войну с США и, скорее всего, потерю Тегераном выхода к морю.
- Сценарий 3: «Дипломатический торг». После 500–600 уничтоженных целей Иран может сесть за стол переговоров. Но пока признаков этого нет — Тегеран делает ставку на время и на то, что усталость от войны наступит раньше у американцев.
Резюме от автора. Нынешняя кампания — это не война на уничтожение Ирана. Это война за контроль над морскими путями. И пока у США есть ресурсы поддерживать этот ритм, они будут бить. Каждую ночь. Пока иранские возможности атаковать суда не будут сведены к нулю. Или пока не кончатся цели. Второе менее вероятно.
