США ударили по ракетным системам и катерам Ирана в районе Ормузского пролива

Американская армия нанесла новую серию ударов по иранским объектам в районе Ормузского пролива. Цели — ракетные системы, ПВО и скоростные катера Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Это уже не первый и, очевидно, не последний раунд эскалации в регионе, где на кону стоит свобода мирового судоходства.

Что именно произошло? Разбор атаки

Журналист Axios Барак Равид со ссылкой на представителя администрации США сообщил, что удары наносились «примерно час назад». Целями стали три типа объектов: стационарные ракетные системы, комплексы ПВО и мобильные скоростные катера КСИР. Последние — отдельная головная боль для Пентагона. Эти катера способны развивать скорость до 70 узлов (около 130 км/ч) и нести противокорабельные ракеты или мины. Они идеальны для тактики «роя» — быстрой атаки на коммерческие суда.

Важная деталь: удары наносятся не по «абстрактному Ирану», а по конкретным силам, блокирующим Ормузский пролив. Это узкое горло, через которое проходит около 20% всей мировой нефти. Если его перекроют — цены на бензин взлетят во всём мире за 24 часа.

Цифры, которые говорят громче слов

Давайте посмотрим на масштаб. Всего за три ночи, включая атаку 12 июля, США поразили более 300 целей. Только за последнюю ночь — около 140 объектов. Для сравнения: в 2020 году, после убийства генерала Сулеймани, американцы нанесли 12 ударов. Сейчас интенсивность выше в 25 раз.

Но есть и другая статистика. С начала мая США обеспечили проход свыше 800 коммерческих судов с почти 400 млн баррелей нефти. Это примерно 4,5% годового мирового потребления. Иран, в ответ на эти конвои, нанёс удар по авиабазе Аль-Удейд в Катаре — главному логистическому хабу американских ВВС в регионе. То есть, речь идёт не о демонстрации силы, а о прямом обмене ударами по военной инфраструктуре.

В чем суть стратегии США

Американцы действуют по принципу «срезать верхушки». Они не бомбят Тегеран или ядерные объекты — это спровоцирует тотальную войну. Вместо этого они систематически уничтожают то, что мешает проходу танкеров: ракетные установки на побережье, радары ПВО и скоростные катера. Это похоже на хирургию, а не на кувалду.

Как это работает на практике:

• Разведка (спутники и дроны) засекает передвижение мобильных пусковых установок КСИР.
• Самолёты B-52 или истребители с палуб авианосцев наносят удар высокоточными боеприпасами (чаще всего — JDAM и AGM-158C).
• Катера КСИР уничтожаются ракетами Hellfire или авиапушками, так как они слишком малы для радаров ПВО.

Проблема в том, что Иран использует дешёвые дроны-камикадзе и «умные» мины. Уничтожить завод по производству дронов — это одно, а отловить каждый беспилотник в проливе шириной 33 километра — совсем другое.

Личное наблюдение автора: почему это надолго

Недавно я заметил, что в западных СМИ почти не обсуждают одну деталь: Иран начал использовать гражданские суда-прикрытия. Рыбацкие баркасы и контейнеровозы под флагами других стран маскируют военные катера. Спутник видит теплоход, а под ним — три скоростных лодки с ракетами. Это старая тактика, но сейчас она применяется с новой жестокостью. Американцы вынуждены либо рисковать и бить по гражданским, либо пропускать угрозу. Пока они выбирают второй вариант, но долго так продолжаться не может.

Лично я считаю, что мы наблюдаем не «эскалацию перед переговорами», а подготовку к долгой блокаде. США не могут оккупировать Иран, а Иран не может выиграть прямую войну. Но ни одна сторона не хочет уступать. Значит, удары по катерам и ПВО будут повторяться каждые две-три недели, пока кто-то не ошибётся и не собьёт пассажирский лайнер.

Резюме от автора

Не ждите быстрого завершения. Ормузский пролив — это не поле боя, а экономическая артерия. США будут резать её по кусочкам, выбивая иранские средства сдерживания. Иран — восстанавливать и прятать. Главный риск сейчас — не в прямом столкновении флотов, а в том, что одна из сторон начнёт бить по критической инфраструктуре другой (например, по нефтяным терминалам в Саудовской Аравии). Тогда цена барреля уйдёт за $150, и это почувствует каждый, кто заправляет машину.