Свежий тунец может появиться на российском рынке в 2027 году

Тунец, который не пахнет морозилкой. Звучит как фантастика для российского рынка, где этот продукт традиционно ассоциируется с жесткой резиной после разморозки. Но похоже, ситуация может измениться. Минсельхоз прорабатывает квоту на вылов тунца у берегов Сахалина. Если всё пойдет по плану, свежую рыбу (не замороженную, а прямо с промысла) мы можем увидеть на прилавках уже в 2028 году.

Сейчас ситуация абсурдная. Тунец попадает к нашим рыбакам только как прилов в открытом море — за сотни миль от портов. Рыбу приходится замораживать прямо на судне. В итоге в магазины и рестораны едет продукт, который по качеству проигрывает тому, что едят в Японии или Европе. Новый проект — это попытка разорвать этот порочный круг.

В чем суть изменений? (И почему это не «еще одна инициатива»)

Главное отличие — география. Промысел хотят перенести в Восточно-Сахалинскую подзону. Это в сотне миль от берега, а не в открытом океане. Разница колоссальная:

• Было: Тунец идет как прилов. Судно ловит его за тысячи километров. Рыба проводит в трюме недели. Только глубокая заморозка.
• Стало: Целенаправленный лов рядом с Сахалином. Улов можно доставить на берег за сутки. Появляется шанс работать с «живым» продуктом.

Президент Всероссийской ассоциации рыбопромышленников Герман Зверев подтверждает: если квоту утвердят на 2027 год, то пробные партии свежей рыбы могут появиться уже меньше чем через год. Это не десятилетняя стройка, а вполне конкретные сроки.

Три препятствия, о которых молчат в новостях

Недавно я заметил странную закономерность: любое позитивное сообщение о рыбной отрасли у нас подается как «всё будет хорошо». Но давайте честно. Даже если квоту дадут, это не значит, что завтра мы едим сашими.

Первое: суда. Наши траулеры заточены под минтай и треску. Лов тунца — это другая техника. Нужен ярусный промысел или кошельковые неводы. Переоборудование одного судна — это миллионы рублей.

Второе: люди. Экипаж нужно учить. Тунец — рыба капризная. Её нельзя просто вывалить на палубу и забыть. Нужна правильная обработка, шоковая заморозка (если везти далеко) или система RSW (охлаждение морской водой) для сохранения свежести.

Третье: логистика. Даже если поймали у Сахалина, как доставить рыбу в Москву за 24-48 часов? Нужна единая сеть: порт — холодильник — самолет. Пока что это слабое звено. Без него весь проект рискует остаться «рыбой для Владивостока».

Поэтому оптимизм должен быть осторожным. Сам факт, что Минсельхоз включил тунца в перечень видов, по которым устанавливается общий допустимый улов (ОДУ), — это тектонический сдвиг. Раньше этой рыбы для закона просто не существовало. Теперь она есть.

Что это меняет для вас (кроме меню в ресторане)

Прямо сейчас — ничего. Но если смотреть на год вперед, тренд интересный.

Во-первых, рестораны. Шеф-повара, которые сейчас платят бешеные деньги за привозной чилийский тунец (или используют дешевый заморозок), получат альтернативу. Свежий сахалинский тунец может стоить на 20-30% дешевле импортного. При том же качестве.

Во-вторых, цены на красную рыбу. Параллельно с новостями о тунце стало известно, что кета и нерка на Дальнем Востоке подешевели. Кета упала на 10% (до 450 руб./кг), нерка — на 5% (до 750 руб./кг). Это эффект путины. Но если тунец станет массовым продуктом, он может создать конкуренцию лососевым в среднеценовом сегменте. Не в этом году, но через 3-4 года — вполне.

Мое мнение: инициатива правильная, но она требует «железобетонной» инфраструктуры. Дать квоту — это полдела. Нужно, чтобы рыбаки не убили продукт на этапе транспортировки. Если чиновники и бизнес смогут договориться и вложиться в логистику, у нас появится первый за долгие годы реальный шанс есть свежую рыбу, выловленную в своих водах, а не привезенную из Норвегии или Чили.

Резюме от автора: Пока это просто хорошая новость. Но если через два года я увижу в магазине «Тунец сахалинский, свежий» по адекватной цене — я буду считать, что система сработала. А пока ставим «наблюдение».