Оман и Иран договорились о продолжении консультаций по Ормузскому проливу

Ормузский пролив — это горлышко бутылки, через которое проходит почти треть мировой морской нефти. И сейчас вокруг него разворачивается классическая игра мускулов. Оман и Иран, два соседа с очень разными взглядами на мир, вдруг сели за стол переговоров в Маскате. Итог встречи министров иностранных дел — Бадра аль-Бусаиди и Аббаса Арагчи — не сенсация, а скорее аккуратный шаг в сторону. Стороны договорились «продолжить консультации». Звучит как дипломатическое ни о чем. Но если копнуть глубже, становится ясно: это прямая реакция на ультиматум из Вашингтона.

Почему Оман стал главным переговорщиком

Оман в этом треугольнике — единственный, кто может разговаривать с Ираном без криков. У Маската давние торговые связи с Тегераном, при этом султанат остается верным союзником США и Великобритании. Это редкая позиция «друга для всех». Недавно я заметил, что именно такие страны — Швейцария, Катар, Оман — становятся главными героями в эпоху, когда большие державы перестали разговаривать друг с другом напрямую. Иранцам нужен канал связи, который не будет перехвачен разведкой. Американцам — кто-то, кто донесет ультиматум без угроз. Оман идеально подходит на роль такого «курьера».

Суть переговоров проста: Тегеран хочет сохранить за собой право контролировать пролив как инструмент давления. Вашингтон требует полной свободы судоходства. Оман предлагает третий путь — технические регламенты и политические гарантии, которые устроят всех. Пока это лишь намерения. Но сам факт, что стороны согласились встретиться, а не послали друг друга, — уже победа дипломатии.

Американский ультиматум: игра на публику или реальная угроза?

Белый дом выдвинул Тегерану жесткое требование: до субботы публично объявить Ормузский пролив открытым и прекратить атаки на торговые суда. Это похоже на дедлайн из плохого триллера. Но давайте посмотрим на цифры. По данным Управления энергетической информации США, через пролив ежедневно проходит около 17 миллионов баррелей нефти. Любая блокировка — это рост цен на бензин в Штатах перед выборами. Для Байдена (или Трампа — неважно) это политическая бомба. Поэтому ультиматум — не блеф, а вынужденная мера.

Однако Иран не собирается сдаваться. У них есть козырь: они не обязаны атаковать корабли. Достаточно просто усилить досмотры, задерживать суда «для проверки» или создавать помехи навигации. Это не объявление войны, но эффект тот же — страховые компании поднимут ставки, и судовладельцы начнут обходить пролив стороной. Игра идет на полутонах.

В чем суть договоренностей в Маскате

Стороны договорились о двух уровнях обсуждения: техническом и политическом. Это важно. Технический уровень — это про конкретные вещи: где проходят фарватеры, как работают лоцманы, какие сигналы подавать. Политический — про принципы: чей закон работает в проливе, есть ли у Ирана право на досмотр.

Ключевой момент: Оман настаивает, что любые договоренности должны опираться на международное морское право. Иран это вроде бы не отвергает. Но на практике Тегеран трактует это право по-своему. Они считают, что пролив — часть их территориальных вод, а значит, они могут устанавливать правила. США и ООН считают иначе: пролив — международный, и проход должен быть свободным. Разрыв в трактовках колоссальный.

Что будет дальше: три сценария

• Сценарий А: Дипломатический. Оман продавливает компромисс. Иран формально признает свободу судоходства, но получает право на «особый контроль» в обмен на отказ от атак. Нефть дорожает на 5-7%, но катастрофы не происходит.
• Сценарий Б: Эскалация. Ультиматум США истекает. Иран игнорирует. Вашингтон вводит санкции против иранских портов или отправляет военные корабли. Начинаются локальные стычки. Цена нефти — плюс 20% за неделю.
• Сценарий В: Заморозка. Переговоры затягиваются на месяцы. Все стороны делают громкие заявления, но реальных действий нет. Пролив работает с перебоями, страховка дорожает, но коллапса не случается. Самый вероятный исход.

Лично я ставлю на третий сценарий. Никто не хочет войны в проливе — это ударит по всем, включая Китай и Европу. Но и уступать никто не готов. Поэтому Оман будет годами возить дипломатов из отеля в отель, а мир будет привыкать к мысли, что Ормуз — это вечная головная боль.

Резюме от автора. Не ждите прорыва. Договоренности в Маскате — это не мир, а перемирие. Они дают всем сторонам время, чтобы подготовиться к худшему. Иран выигрывает время для перегруппировки, США — для политического маневра, Оман — для укрепления своего статуса. А судовладельцам остается только платить больше и молиться, чтобы следующий ультиматум не стал последним.

По материалам: Life.ru