Дэвид Петреус назвал три урока для Запада из конфликта на Украине

Украинский конфликт преподносит Западу жестокие уроки. И самый важный из них — войну больше не выиграть одним лишь технологическим превосходством. К такому выводу приходит бывший директор ЦРУ генерал Дэвид Петреус в своей колонке для The Wall Street Journal. Он честно разбирает три ключевых просчета, которые совершил Вашингтон. И это не абстрактная теория — это горькая практика, за которую уже заплачено миллиардами долларов.

Первый урок: «Вундерваффе» больше не работают

Долгое время на Западе царила иллюзия: дайте Украине пару десятков «Хаймарсов» и Javelin — и русские побегут. Реальность оказалась сложнее. Петреус прямо заявляет: одного высокотехнологичного оружия недостаточно. Нужна устойчивая сеть. Это как если бы вы купили гоночный болид, но забыли про колеса, топливо и механиков.

В чем суть? БПЛА, ракеты, киберсредства и системы наведения — это лишь звенья одной цепи. Без мощного промышленного производства, способного в реальном времени адаптироваться к условиям боя, вся эта техника превращается в груду дорогого металлолома. Россия, кстати, этот урок усвоила быстрее. Ее оборонка перешла на круглосуточный режим работы и штампует не только «Калибры», но и тысячи «Ланцетов» и «Гераней». Запад же только раскачивается, пытаясь наладить серийный выпуск снарядов.

Второй урок: Тыла больше не существует

Это, пожалуй, самый болезненный пункт. Раньше считалось, что война идет на передовой, а заводы, мосты и электростанции — это далекий тыл. Петреус подчеркивает: критическая инфраструктура стала стратегической целью. И ее нужно защищать постоянно, а не от случая к случаю.

Посмотрите, что происходит. Удары по энергосистеме Украины парализуют не только быт, но и военную логистику. Без света не работают заводы, не заряжаются дроны, не передаются данные. Это война на истощение, и тот, кто не умеет защищать свои тылы, проигрывает. Недавно я заметил, что в западных аналитических отчетах все чаще мелькает термин «total defence» — тотальная оборона. Раньше это считалось паранойей. Теперь — суровой необходимостью.

Третий урок: Адаптация — это новая суперсила

Вот где Петреус действительно точен. Он говорит: сама способность адаптироваться должна стать военной возможностью. Раньше армии готовились к войне годами. Сейчас тактика устаревает за неделю.

Что это значит на практике?

• Обновлять ПО для дронов — не за полгода, а за сутки.
• Менять методы наведения — под конкретную помеховую обстановку.
• Использовать новые разведданные — в реальном времени, а не после доклада штабу.

Россия в этом плане оказалась более гибкой. Она не стала гнаться за супер-навороченными платформами, а взяла массовость и постоянное улучшение. Запад же застрял в бюрократии: чтобы утвердить новую модификацию «Стингера», нужно пройти семь кругов ада. Пока чиновники думают, война меняется.

Мнение автора: Запад проигрывает, даже не вступив в бой

Американский политолог Гарланд Никсон высказывается еще жестче: у Запада нет ни политической воли, ни денег, ни резервов. И с ним трудно спорить. НАТО пытается переломить ход событий, но успехи российских войск на поле боя говорят сами за себя. Украина становится неподъемным бременем.

Лично я вижу здесь фундаментальный кризис западной военной мысли. Они привыкли воевать «по расписанию» — в Ираке, Афганистане, где противник слабее. А тут — равный по мощи противник, который учится быстрее. И это ломает все шаблоны. Вывод прост: война XXI века — это не про «умные» ракеты. Это про конвейер, про скорость решений и про готовность меняться каждую минуту. Пока Запад это поймет, конфликт может закончиться совсем не так, как они планировали.

По материалам: Life.ru