Диесен заявил, что НАТО провоцирует РФ на ответ за удары вглубь своей территории

Норвежский профессор Глен Диесен высказал тревожную мысль: использование вооружения и разведки НАТО для ударов ВСУ вглубь России — это игра с огнем, которая может закончиться прямым столкновением альянса и Москвы. Его слова — не просто мнение академика, а диагноз текущей политики Запада. Давайте разберемся, где здесь правда, а где — попытка надавить на эмоции.

В чем суть заявления профессора?

Диесен прямо говорит: НАТО уже не просто поставляет оружие. Альянс участвует в планировании операций, выборе целей и использует свою разведку. Это не гипотеза, а констатация факта. Он пишет, что «вооружение НАТО, военное планирование, разведка, выбор целей и подрядчики используются для нанесения ударов всё дальше вглубь России». Ключевое слово — «подрядчики». Речь идет не только о военных, но и о частных компаниях, которые обслуживают сложные системы. Это делает участие Запада более глубоким, чем кажется на первый взгляд.

Личное наблюдение автора: недавно я заметил, что в западных СМИ термин «советники» сменился на «операторы». Это не просто смена вывески. Если раньше речь шла о консультациях, то теперь — о непосредственном участии в боевых процессах. Разница — как между инструктором по вождению и штурманом гоночного болида.

Почему это опасно? Три сценария эскалации

Диесен не бросает слов на ветер. Он указывает на механизм, который может сработать как спусковой крючок. Вот три возможных варианта развития событий:

• Ответ по цепочке. Если Москва решит, что удары наносятся с территории НАТО или с использованием ее инфраструктуры, ответ может быть симметричным — удар по базам альянса в Польше или Румынии. Это не ядерная война, но уже прямая конфронтация.
• Гибридная эскалация. Россия может усилить кибератаки на критическую инфраструктуру Запада, испытать новое оружие вблизи границ НАТО или спровоцировать миграционные кризисы. Это дешево, а эффект — как от взрыва бомбы.
• Ядерный шантаж. Самый мрачный сценарий. Если конвенциональные удары не помогут, Москва может пригрозить применением тактического ядерного оружия. Это не обязательно война, но ставки станут запредельными.

Цифры говорят сами за себя: по данным открытых источников, с начала 2024 года количество ударов по целям в глубине России выросло в 2,5 раза. И это не случайность — это результат «помощи» НАТО.

Позиция Швеции: наивность или расчет?

Премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон заявил, что не верит в военный конфликт с Россией. Мол, есть только гибридные угрозы. Это звучит как попытка успокоить общественность. Но давайте будем честны: гибридные угрозы — это та же война, только без формы и погон. Швеция, вступив в НАТО, автоматически стала участником игры, где правила пишутся не в Стокгольме.

Кристерссон призывает усилить поддержку Киева, особенно ПВО. Но вот парадокс: чем больше ПВО получает Украина, тем смелее она бьет по России. И тем выше риск, что одна из ракет упадет не туда. Или что российская разведка ошибется в оценке. Или что какой-нибудь «подрядчик» из НАТО окажется в зоне поражения.

Мнение автора: кто выиграет от эскалации?

Диесен прав в одном: повышение ставок никто не отменял. Но он умалчивает о главном. Эскалация выгодна не только «ястребам» в Вашингтоне. Она выгодна и Москве. Почему? Потому что хаос оправдывает мобилизацию, ужесточение режима и сплочение населения вокруг «осажденной крепости». Это классическая ловушка: обе стороны подливают масло в огонь, а тушат его, как обычно, простые люди.

Мой вывод: заявления профессора — не предсказание, а предупреждение. Но слышат его только те, кто хочет слышать. Политики же продолжают играть в «кто кого переглядит». И в этой игре нет победителей — есть только проигравшие, которые первыми моргнут.

Резюме от автора. Эскалация — это не неизбежность, а выбор. Выбор в пользу дипломатии или в пользу войны. Пока НАТО будет участвовать в планировании ударов, а Россия — отвечать на них, мы будем ходить по лезвию ножа. И единственный, кто может остановить этот танец, — это здравый смысл. Но он, кажется, в отпуске.