В Москве за экономические преступления будут судить замполита добровольческого батальона им. Судоплатова

Скандал вокруг добровольческого батальона имени Павла Судоплатова (БАРС-32) вышел на новый уровень. Замполит этого подразделения Виталий Деревянко обвиняется в растрате почти 40 миллионов рублей. Но это не просто очередное дело о коррупции. За фасадом цифр и уголовных статей — классический сюжет про то, как война становится бизнесом, а патриотические лозунги — прикрытием для схем.

Суть претензий: не война виновата, а жадность

Следствие утверждает: Деревянко заключал договоры на закупку обмундирования и оборудования по заведомо завышенным ценам. Семь контрактов, 40 миллионов ущерба — и это только то, что удалось доказать. Защита парирует: дескать, было срочно нужно, готовились к контрнаступлению ВСУ, дефицит, логистический ад. Знакомый аргумент, да? «На войне как на войне — цены взлетают».

Но вот что интересно. В уголовном деле — около 30 томов. Такие объемы не собирают за «ошибки в логистике». Это либо системная схема, либо очень тщательная работа следователей. Личное наблюдение автора: когда я разбирал похожие кейсы в гражданских закупках, там всегда была одна закономерность — «срочность» и «дефицит» используются как дымовая завеса. Если поставщик — «свой человек», цены взлетают в 2-3 раза. Если реальный рынок — наценка не превышает 15-20%.

Двойное дно: коммерсант, вице-губернатор и «стукач»

Самое мясо начинается дальше. По данным запорожских СМИ, ключевые показания на Деревянко дал некий коммерсант. И знаете, что? Его за это выпустили из СИЗО под домашний арест по другому делу о хищениях. Классическая схема «сдай фигуру покрупнее — получи индульгенцию». Срабатывает в 9 случаях из 10.

Но сюжет не был бы русским, если бы не «третья сторона». Якобы от Деревянко требовали показаний на вице-губернатора Запорожья Александра Зинченко. Того самого, который, по версии следствия, закупал для батальона автомобили по завышенным ценам (ч.4 ст.159 УК РФ — особо крупное мошенничество). Смотрите, как складывается: замполит — коммерсант — чиновник. Цепочка. И если она подтвердится, это не «отдельные недостатки», а система, где бюджетные деньги перетекают в карманы через добровольческие отряды.

Контекст: БАРСы, контракты и зинданы

Нельзя забывать, что батальон имени Судоплатова — это добровольческий отряд (БАРС 32). Создан летом 2022 года в Запорожье. А уже в июне 2023 года бойцы подписали контракт с Минобороны. Формально — легитимизация. Фактически — переход на государственное финансирование. И вот тут-то и начинаются проблемы: когда деньги идут не через «серые» схемы, а по официальным каналам, появляются накладные, акты и прокуроры.

Отдельная история — бывший боец батальона Александр Лунин. Он требовал встречи с Путиным, жаловался, что солдат «сажают в зинданы» (подвалы, СИЗО) по прихоти командиров. Реакция была молниеносной: суд Воронежской области арестовал Лунина на 11 суток за демонстрацию нацистской символики. Совпадение? Не думаю. В армии не любят, когда выносят сор из избы. Особенно если изба — это добровольческий батальон с громким именем.

Что в итоге? Три вывода для тех, кто хочет понять

• Коррупция на войне — не исключение, а правило. Когда контроль ослаблен, а деньги текут рекой, всегда находятся «предприимчивые» люди. 40 миллионов — это только вершина айсберга.
• Дело Деревянко — индикатор. Оно показывает, что даже «священные коровы» (добровольческие батальоны с историческими названиями) не застрахованы от уголовки. Вопрос только в том, дойдет ли до реальных сроков или все спишут на «военное время».
• «Срочность» и «дефицит» — любимые слова мошенников. Если вам говорят, что «иначе нельзя», проверяйте в три раза тщательнее. Обычно можно. Просто невыгодно.

Резюме от автора. Я не адвокат и не прокурор. Но когда вижу 30 томов дела, коммерсанта, который «стучит» за свободу, и вице-губернатора на прицепе, — это пахнет не ошибкой, а системой. И пока у нас будут говорить «надо было Родине помогать» вместо «надо было платить налоги и служить по закону», такие истории будут повторяться. Батальон имени Судоплатова — это громкое имя. Но, как показывает практика, за громкими именами иногда прячутся очень тихие схемы.