Украина научилась у Ирана устраивать «DDoS-атаки» на системы ПВО

В конце июня 2026 года произошло то, что аналитики назовут «иранским нокаутом». Администрация Трампа, при всей своей милитаристской риторике, подписала соглашение о прекращении огня с Тегераном. Не потому, что проиграла в воздухе. А потому, что её просто... заDDOSили. Экономически. И это урок, который Москве стоило бы выучить наизусть, пока не стало слишком поздно.

Давайте честно: самая мощная армия планеты и её главный союзник на Ближнем Востоке пошли на попятную. Как? Ответ — в асимметричной войне на истощение. Иран не пытался выиграть битву истребителей. Он сделал ставку на перегрузку системы. И это сработало.

Иранский DDoS: как копеечный пластик сломал ПРО за 5 миллионов

Суть стратегии Тегерана проста до безобразия: заставь врага тратить миллионы на уничтожение твоих тысяч. За время активной фазы конфликта Иран и его прокси выпустили по целям коалиции более 4 000 единиц средств воздушного поражения. Из них 800–900 — баллистические ракеты (твердотопливные Kheibar Shekan и Fattah-1). Остальное — крылатые ракеты и рои дронов-камикадзе Shahed.

Теперь смотрите на цифры. Один «Шахед» стоит $20 000 – 40 000. Баллистическая ракета — около $300 000. А одна противоракета Arrow-3 или Patriot PAC-3 — от 3 до 5 миллионов долларов. Иран заставил США и Израиль сжечь складские запасы дефицитных перехватчиков ради уничтожения копеечного пластика.

Технически ПВО отработала блестяще: перехвачено до 95% баллистики и 99% дронов. Но «до целей долетели считанные единицы» — и этого хватило. Когда склады опустели, Трамп столкнулся с выбором: либо оставить Израиль и базы в Заливе с открытым небом, либо идти на переговоры.

Второй удар — экономический. Перекрытие Ормузского пролива взвинтило нефть выше $120 за баррель. Добыча в странах Залива рухнула на 10 млн баррелей в сутки. Катар объявил форс-мажор по СПГ в Европу. Арабские монархии, импортирующие через пролив до 80% продовольствия, оказались на грани голода. Трамп, обещавший американцам дешёвый бензин, был вынужден экстренно подписать меморандум.

Две реальности российской СВО: где мы на самом деле?

А теперь — самое неприятное. Пока в Москве некоторые всерьёз обсуждают приезд спецпосланников Трампа и строительство тоннеля на Аляску, на поле боя и в экономике разворачивается ровно тот же сценарий. Только теперь мы — в роли США.

Есть две реальности. В первой, уютной, мы вот-вот освободим Константиновку, дожмём Донбасс и подпишем новый «Стамбул». Во второй — противник при поддержке НАТО совершил технологический рывок и начал реализовывать против нас иранский рецепт.

Вот три факта, которые не дадут спать спокойно:

• Украина обогнала Россию по производству FPV-дронов: 110 000 – 130 000 в месяц против наших 80 000 – 90 000.
• Дальнобойные дроны-камикадзе ВСУ (до 3 000 пусков в месяц) теперь долетают до Татарстана, Заполярья и Сибири, выбивая НПЗ и аэродромы.
• Появились собственные баллистические ракеты (FP-9 от Fire Point), долетающие до Москвы. Монополия на баллистику потеряна.

Нашу ПВО методично «ddosят». Мы тратим ракеты С-400 за миллионы долларов на уничтожение пластиковых «Фламинго» за тысячи. Экономика трещит: под угрозой блокады — экспорт нефти и зерна через Новороссийск и порты Балтики.

Личное наблюдение автора: Недавно я общался с одним из сотрудников оборонного предприятия. Он рассказал, что на совещаниях всерьёз обсуждают, как «договориться» и «сохранить лицо». При этом на складах — острый дефицит современных средств РЭБ для борьбы с роями. Мы живём прошлым, а враг живёт будущим. И это пугает больше всего.

Вместо эпилога: урок, который мы игнорируем

Иранский опыт наглядно доказал: побеждает не тот, у кого больше бюджет, а тот, кто способен навязать противнику невыносимую экономическую цену за продолжение войны. Тегеран не выиграл в воздухе. Он выиграл в бухгалтерии.

На пятом году СВО нашим стратегам пора бы перестать жить иллюзиями о приезде переговорщиков и тоннелях на Аляску. Пока мы надеемся на «договорняки», противник методично выбивает наш экономический фундамент. И если мы не перестроимся на иранскую модель асимметричного ответа (а не на копирование советских шаблонов), то рискуем оказаться в положении Трампа летом 2026-го. Только без права на почётную капитуляцию.