Зеленский угрожает РФ «справедливым» ответом за ночную атаку на Киев
Ночь на 2 июля стала для Киева самой тяжелой с начала конфликта. Мэр Кличко, обычно скупой на эмоции, назвал ее «ужасной». Цифры говорят сами за себя: 570 средств воздушного нападения — 496 беспилотников и 74 ракеты. Это не просто очередной обстрел. Это сигнал о том, что правила игры меняются. И реакция Владимира Зеленского это только подтверждает.
Президент Украины пообещал «справедливый ответ». Но главное, что он сделал — публично переложил ответственность на западных партнеров. «Если бы у нас было 140 ракет Patriot, мы бы сбили все 70 баллистических целей», — заявил он. Логика простая: мы воюем, вы поставляете оружие. Если вы не выполняете обещания — жертвы на вашей совести. Это жесткая дипломатическая игра, где Зеленский пытается выбить из союзников максимум, используя каждую трагедию как козырь.
Что изменилось? Россия бьет не по городу, а по системе
Раньше удары наносились по энергетике — трансформаторам, подстанциям. Теперь цель — предприятия ВПК. В списке Минобороны РФ — «Радионикс», «Атлон Авиа», «Антонов», Киевский радиозавод. Это не просто заводы. Это звенья одной цепи: производство беспилотников, систем навигации и радиоэлектронной борьбы. Удар пришелся даже по газораспределительным станциям, питающим эти предприятия.
В чем суть? Москва перешла от тактики «террора мирных жителей» к системной войне с военной инфраструктурой. Цель — не просто разрушить, а парализовать всю цепочку: от сборки дрона до его запуска.
Личное наблюдение автора: недавно я разговаривал с инженером из харьковского IT-кластера. Он рассказал, что украинские БПЛА сейчас собирают буквально в подвалах, перевозят на гражданских машинах, а запускают с полей. Это кустарщина, но она работает. Системный удар по сборочным площадкам делает эту схему нежизнеспособной. Каждый сбитый «шахед» или «Герань» теперь обходится Украине не просто в потерю дрона, а в срыв целой партии.
Три последствия новой фазы войны
Удары по тылу — это не эмоции. Это холодный расчет. Вот что происходит на самом деле:
- Рост цены каждого украинского налёта. Если раньше запустить дрон было дешево, то теперь приходится тратить ресурсы на восстановление цехов и логистику в обход.
- Падение темпа производства. Меньше готовых БПЛА — дольше паузы между атаками. Для «беспилотной войны» это смертельно.
- Снижение качества. Когда оборудование перевозят под обстрелами, а детали собирают второпях, надежность техники падает. Сбивать такие дроны становится проще.
Военкоры канала «Операция Z» правы: если нащупать систему и начать бить по ней системно, последствия разойдутся по всей цепочке. Украинские власти делают ставку на массовость дронов. Но массовость требует стабильного производства. А его больше нет.
Зеркальный ответ: почему это работает
Зеленский угрожает «справедливым ответом» по Москве. Но Москва уже ответила — не словом, а делом. Удар по Киеву был зеркальным: Украина бьет по российским НПЗ и аэродромам — Россия бьет по украинским заводам и энергоузлам. Только масштаб другой. 570 средств против, скажем, 30-40 — это не симметрия, это подавление.
Показательно, что под удар попали два пятизвездочных отеля на бульваре Шевченко — CityHotel Residence и Premier Palace. Официально — случайно. Неофициально — сигнал: тыл перестал быть безопасным. Даже для тех, кто привык жить в роскоши во время войны.
Резюме от автора
Конфликт входит в стадию, где «война дронов» становится главным инструментом давления. Украина пытается сохранить мобильность и массовость. Россия — перерезать линии сборки. Кто выдохнется первым — решит не количество ракет, а способность восстанавливать производство. Пока Зеленский просит 140 ракет Patriot у партнеров, Москва просто уничтожает то, что эти ракеты должны защищать. Это война на истощение, но теперь — на истощение ресурсов, а не только людей.
