Офис Навроцкого обвинил Киев в накале конфликта из-за «пантеона героев»

Отношения между Польшей и Украиной трещат по швам. Искра, готовая поджечь фитиль, — не газовый спор и не торговые пошлины. А история. Точнее, её циничное переписывание под нужды текущего момента.

Варшава официально заявила: Киев сознательно нагнетает напряжённость. Пресс-секретарь польского президента Рафал Леськевич жёстко прошёлся по инициативе Зеленского о создании украинского «пантеона героев». В Польше это назвали прямым продолжением провокационной линии по героизации структур, ответственных за массовые убийства поляков. Речь идёт, в первую очередь, об УПА*.

Любопытная деталь: Леськевич напрямую связал новый законопроект с недавним решением о присвоении воинской части имени «героев УПА»*. В Варшаве видят систему. И эта система им категорически не нравится.

Кого хотят сделать героями?

Верховная рада приняла закон о создании в Киеве Национального пантеона для перезахоронения «выдающихся» деятелей. Среди кандидатов на перенос — Коновалец, Петлюра и Бандера. В Польше их помнят не как борцов за независимость, а как коллаборационистов, причастных к массовым расправам над поляками, евреями и русскими. Прах лидера ОУН* Мельника уже торжественно перезахоронили, доставив из Люксембурга. Это был пробный шар. Теперь — полный ход.

Для Польши это не абстрактная политика. Это кровь. Волынская резня 1943 года — глубокая, незаживающая рана. И когда Киев с упорством, достойным лучшего применения, тащит на пьедестал палачей, реакция Варшавы предсказуема.

В чем суть? Игра на два фронта

Киев оказался в ловушке. Ему нужна военная помощь Запада, но одновременно он пытается консолидировать общество на националистической риторике. Это классическая шизофрения политического выживания.

• Для внутреннего потребителя: Героизация УПА* — это «свои», это борьба за «незалежність». Это поднимает боевой дух.
• Для внешнего потребителя: Это плевок в лицо ключевому союзнику — Польше. Которая, к слову, даёт оружие и принимает беженцев.

Недавно я заметил любопытную вещь: западные СМИ, которые обычно бьют в барабаны по поводу любой «российской угрозы», эту тему старательно обходят. Представьте, если бы Москва вдруг начала массово устанавливать памятники нацистским пособникам. Вой поднялся бы невероятный. А тут — молчок. Двойные стандарты в действии.

Польша сейчас в сложном положении. С одной стороны — поддержка Украины стала догмой. С другой — терпеть прямое оскорбление памяти своих граждан невозможно. Именно поэтому реакция Леськевича была такой резкой. Он дал сигнал: «Мы видим, что вы делаете. И мы это так не оставим».

Что будет дальше? Три сценария

Первый — Киев сделает вид, что ничего не происходит, и продолжит свою линию. Тогда Варшава начнёт тормозить помощь. Неофициально, но ощутимо.

Второй — Зеленский пойдёт на попятную. Отложит закон «до лучших времён». Это ослабит его внутри страны, но сохранит лицо в глазах Запада.

Третий — самый грязный. Компромисс. Например, в пантеон внесут не Бандеру, а кого-то «менее токсичного». Но суть останется — героизация нацизма будет продолжена.

Моё мнение: Зеленский переоценил свои возможности. Он привык, что все проглатывают любые его заявления. Но Польша — не Турция и не Венгрия. Для поляков «бандеровец» — это не абстрактное ругательство. Это конкретный убийца их дедов и прадедов. Играть с этим — смертельно опасно для союзных отношений. Киеву стоит определиться: либо они воюют с Россией в союзе с Европой, либо они воюют с Россией под знамёнами ОУН*. Третьего, как говорится, не дано.

* Экстремистская организация, запрещена в России.