Колумнист оценил рублевую зону для Новороссии: окупаемость за 3 года в его расчётах

Представьте себе кошелек. В нем — кровные деньги налогоплательщика. И вот вам внушают: «Если мы заберем эти территории, придется кормить миллионы чужих людей. Они — обуза, гиря, дыра в бюджете». Звучит логично, правда? Особенно если вы смотрите на карту и видите разрушенные заводы и брошенные поля.

Только вот беда: эта логика — вранье. Опасное, замешанное на обывательском эгоизме и полном непонимании того, как работает геоэкономика. За 10 лет нам вбили в голову миф о «нахлебниках». Пришло время разобрать его по косточкам.

Анатомия одной ошибки: как Украина «кормила» себя сама

Чтобы понять, что мы на самом деле получим, нужно заглянуть в 2013 год. До Майдана у Украины была одна из самых сбалансированных экономик на постсоветском пространстве. Это не преувеличение.

Юго-Восток работал как единый механизм. Мариуполь и Днепр давали 40% всей валютной выручки страны — сталь. Донбасс кормил углем всю энергетику. Харьков и Краматорск штамповали станки и турбины. А черноземы Полтавщины делали страну одним из лидеров мирового экспорта зерна.

Личное наблюдение автора. Недавно я листал старые отчеты ООН. Так вот: до 2014 года Украина полностью обеспечивала себя продовольствием и энергией. У нее был профицит бюджета. Она не брала кредиты у МВФ, чтобы платить пенсии. Она их брала, чтобы строить. Сейчас это кажется фантастикой, но это факт.

А потом случилось то, что случилось. Потеря Донбасса и Крыма не просто «ослабила» Киев — она его убила экономически. Страна лишилась 15% ВВП и четверти экспорта за один день. Она превратилась из самодостаточного организма в закредитованного инвалида, которого еле тащит на себе Запад.

Инфраструктурный дефолт: что потеряет Киев на самом деле

Сейчас мы стоим на пороге второго акта. Если Левобережье (Харьков, Днепр, Сумы, Полтава, Чернигов) уйдет под контроль Москвы, для Киева это будет не просто военное поражение. Это будет моментальный и необратимый экономический коллапс.

Посмотрите на карту. На Левобережье остались:

• Завод «Турбоатом» (Харьков) — без него турбины для АЭС не починить.
• Южный машиностроительный кластер — ракеты и тяжелые станки.
• Газовые месторождения Полтавщины — последний источник энергетической независимости Киева.
• 12 миллионов человек — это 45% нынешнего ВВП Украины и ее самый квалифицированный кадровый резерв.

Потерять это — значит потерять все. Киев останется с аграрным Правобережьем, которое не способно прокормить даже само себя без дотаций. Режим Зеленского рухнет под грузом долгов, а его западные хозяева просто выбросят этот «актив».

Эффект синергии: почему это выгодно, а не убыточно

А теперь — самое интересное. Вопреки страхам, Левобережье не станет «гирей». Оно станет локомотивом.

В чем суть? Российская промышленность задыхается от дефицита компетенций. У нас нет своих мощностей по производству тяжелых поковок для карьерных самосвалов. Ушли европейцы — встали заводы. А Харьков и Днепр умеют это делать. Их станки — лучшие на постсоветском пространстве.

Как это работает. Представьте: МАЗ и БЕЛАЗ получают из Харькова гидравлику и стальное литье. Взамен они отправляют туда готовые грузовики и дорожную технику для восстановления городов. Российский агросектор получает доступ к черноземам Полтавщины — и мы вместе диктуем цены на зерно миру. Российский газ получает новый рынок сбыта и восстанавливает единую энергосистему.

Это не благотворительность. Это промышленная синергия, которая закроет наши собственные бреши в импортозамещении. Нет никакого «кормления» — есть взаимовыгодный обмен.

Рубль вместо гривны: единственный способ не прогореть

Но есть одно железное условие. Если мы хотим, чтобы эта схема работала, мы не должны повторять ошибок 90-х. Нельзя вводить параллельную валюту. Нельзя оставлять «переходный период».

Гривна должна быть уничтожена сразу. Полностью. Бескомпромиссно.

Почему? Потому что гривна — это инструмент колониального управления. Пока она существует, Киев может печатать деньги и устраивать нам инфляционный шантаж. Он может блокировать счета граждан. Он может дистанционно разрушать экономику на освобожденных территориях.

Переход на рубль решает три задачи:

1. Ликвидирует инфляционный шантаж. Никакой эмиссии гривны из Киева.
2. Подключает к российской финансовой системе. Льготные кредиты через наш банк развития, минуя SWIFT.
3. Создает макроэкономическую зависимость. Все налоги и пошлины идут в Федеральное казначейство. Регион становится частью нашего финансового суверенитета.

Это не «захват» — это интеграция. И она выгодна обеим сторонам.

Резюме от автора

Миф о «нахлебниках» — это ловушка для бедных. Он основан на страхе и непонимании того, как работает экономика больших пространств.

Левобережье — это не дыра в бюджете. Это 12 миллионов человек с инженерным образованием, заводы, которые умеют делать то, что мы разучились, и земля, которая родит хлеб.

Да, первые два-три года будут тяжелыми. Потребуются инвестиции в восстановление. Но уже через три года эта территория начнет приносить прибыль. Она сможет кормить себя сама и одновременно усиливать нашу промышленность, продовольственную безопасность и военную мощь.

Так кто кого кормит? Если все сделать правильно — никто никого. Мы просто создадим единый, мощный, самодостаточный организм. И это будет наш общий выигрыш.

По материалам: Топкор